В конце концов Страйк закрыл папку. С трудом перейдя к себе в кабинет, он разделся, отстегнул протез и расставил койку, думая лишь о том, что чертовски устал. Заснул он почти сразу — под шум транспорта, стук дождя и бессмертное дыхание города.
2
Перед домом Люси, в Бромли, стояла кадка с большой магнолией. К концу весны газон вокруг нее будто покрывался мятыми салфетками; но сейчас, в апреле, дерево было окутано пенно-белым облаком восковых, похожих на кокосовую стружку лепестков. Страйк приезжал сюда лишь пару раз: Люси у себя дома вечно дергалась, и он предпочитал встречаться с ней в других местах, лишь бы рядом не отсвечивал ее муж, к которому он относился с прохладцей.
Легкий ветерок поигрывал надутыми гелием воздушными шарами, украшавшими калитку. Сжимая под мышкой упакованный Робин подарок, Страйк шагал по круто уходящей вниз дорожке к дому и убеждал себя, что это ненадолго.
— А Шарлотта где? — напористо спросила низенькая, светловолосая, круглолицая Люси, едва открыв дверь.
В коридоре у нее за спиной тоже красовалась гирлянда золотистых шаров, на этот раз в форме цифры 7.
Из-за дома, нарушая пригородную тишину, раздавались вопли, которые в равной степени могли означать и восторг, и адские муки.
— Ей пришлось на выходные вернуться в Эйр, — солгал Страйк.
— Зачем? — Люси посторонилась, пропуская его в прихожую.
— У ее сестры очередной кризис. Где же виновник торжества?
— Они все во дворе. Слава богу, дождь кончился, а то бы в доме кавардак устроили, — ответила Люси, провожая его на задний двор.
На большой лужайке бесились трое его племянников вместе с двумя десятками нарядных мальчиков и девочек: они с криками бегали наперегонки до деревянных столбиков с приклеенными скотчем изображениями нарезанных фруктов. Родители, вызвавшиеся помочь хозяевам, грелись в слабых лучах солнца, потягивая вино из пластиковых стаканчиков, а Грег, муж Люси, налаживал айпод, закрепленный на верстаке. Люси сунула Грегу банку пива и тут же бросилась поднимать своего младшего, который сильно ушибся и надрывался от плача.
У Страйка никогда не возникало желания иметь детей; здесь они с Шарлоттой были единодушны и по этой причине так долго прожили вместе; по этой же причине все прежние отношения в его жизни распались. Люси огорчал и сам его статус, и аргументация, которой Страйк не скрывал; его сестра всегда кипятилась, когда он формулировал жизненные цели, не совпадавшие с ее убеждениями; можно подумать, он критиковал ее решения и вкусы.
