– С ума сойти!
Я уставилась на пластмассовый тазик, в котором плавало нечто белое, кудрявое, и правда похожее на крошечную собачку, и взвизгнула:
– Мама! Какой ужас!
Сережка схватил полотенце, начал дрожащими руками вытирать вспотевший лоб, и тут до меня дошло: никаких крошечных собачек в нашей квартире нет. Мопсы и стаффиха стерилизованы, а Рамик не способен принести в подоле потомство, наш двортерьер кобель и…
– Это Лолита, – сообщила Лизавета из коридора.
Серега выронил полотенце, но успел поймать на лету.
– Кто?
– Что? – обернулась я.
Лиза хихикнула и заглянула в дверной проем.
– Вы забыли, да? Вот как ко мне относитесь! Не обращаете внимания на мои проблемы, не интересуетесь…
Я привалилась к стене. У Лизаветы с большим опозданием начались проблемы подросткового возраста, по любому поводу она теперь обижается.
– Сделай одолжение, – прошипел Сережа, – объясни, кто такая Лолита и почему она покончила с собой в нашей ванной? Что за существо утонуло в муках? Пудель? Котенок?
– Овца, – пожала плечами Лизавета.
– Издеваешься, да? – взвыл Сережка. – Да жене козла ни за какие пряники в пластиковом тазу не поместиться!
Лиза засмеялась:
– У козла жена – коза. Супруга овечки зовут бараном.
– Мне без разницы! – рявкнул он.
– О боже! – закатила глаза Лизавета. – Живу с посторонними людьми, которых ничего, кроме еды, не колышет! Плюшевую овечку мне подарила Катька Кудрина на день рождения. Я назвала игрушку Лолита, это моя любимая сплюшка.
В глазах Сергея вспыхнул нехороший огонек.
– Кто? Соплюшка?
– Сплюшка! – топнула ногой Лизавета.
– Я с ней сплю!
– Офигеть… – протянул Сережка.
– На ночь я люблю съесть шоколадку, – неожиданно мирно пояснила Лиза, – вчера я уронила кусочек на простыню, перемазала Лолиту, вот и решила замочить овечку и постирать. Она, кстати, очень прикольно мекает. Послушай!
Лиза прошмыгнула в ванную, выхватила кудлатую овечку из воды и затрясла ею перед моим лицом.
– Офигеть, – повторил Сережка, швырнул скомканное полотенце на стиральную машину, промахнулся и ушел, оставив его лежать на полу.
Я молча наклонилась, подобрала. Не стоит злиться на парня, ну недобросил немножко, зато он всегда аккуратно выдавливает зубную пасту из тюбика.
– Молчит, – грустно констатировала Лизавета. – Почему? Так здоровски мекала!
– Овца бекает, – неосторожно возразила я.
Глаза Лизаветы наполнились слезами.
– У меня горе, а вокруг одни зануды!
– Ты вынула из нее батарейку? – спросила я.
– Какую? – прекратила стенать девочка.
