Правда, черт-те где, на выселках, в новостройках, в Бабушкине. Но зато это будет своя, отдельная квартира, с чистой ванной, туалетом и только своей, личной кухней. Радовалась в основном молодежь. Старики недовольно скрипели, не хотели уезжать из центра, где прожита вся жизнь, где все близко, понятно и знакомо и все под рукой. А там, говорят, хлеб бывает в магазине два раза в неделю.
Как-то забежала Лара на минутку – посмотреть на Анютину дочку (своих мальчишек она оставила на старенькую бабушку).
Поохала-поахала:
– Ах, Анька, счастливая! У тебя девка, не то что у меня, два пацана – намаюсь с ними, ох, намаюсь!
Говорила, что сидеть дома не собирается, а собирается идти служить в театр. Левушка, конечно, психует, ревнует к каждому столбу, беснуется. Но кто же его будет слушать! Не выйдет у него ни черта – не запрет в четырех стенах.
– А мальчишек? – спросила Анюта.
– В ясли, в ясли, куда же еще, – бодро ответила Лара.
– А не жалко? Болеть ведь начнут, – удивилась Аннушка.
– Ну знаешь ли, – почти возмутилась Лара, – хорошо тебе говорить, у тебя мать на подхвате. А у меня два спиногрыза, бабка восьмидесятилетняя и вечно хандрящий Левушка. Нет уж, хоронить я себя не собираюсь. Не дождетесь! – привычно легко рассмеялась Лара.
Елизавета Осиповна была счастлива, что они переезжают в отдельную квартиру.
– Меньше глаз, – приговаривала она, пакуя вещи.
К Новому году все стали разъезжаться.
Не суждено было пожить в отдельном жилье старухе Капустиной – она тихо умерла ночью. От чего? От старости."
"Не доехал до Бабушкина и майор Горлов. Его молодая жена Раиса уехала на три дня в деревню к родне, оставив беспомощного мужа одного. Сутки был Горлов за закрытой дверью. Выл страшно, волком. Соседи пытались открыть дверь, – не получалось. А когда вскрыли, было уже поздно. Майор Горлов сидел, вцепившись побелевшими пальцами в ручки своей коляски с открытым ртом, – застывшим в крике о помощи.
В новую квартиру Райка въехала с участковым. Не дожила до новой квартиры и старенькая Глаша.
Ларин отец, инженер Стрекалов, въехал в новую «трешку» с женой Маргаритой и удочеренной девочкой Дашенькой.
Лара и Левушка с детьми поселились в соседнем доме. Лара служила в театре оперетты. Увы, на вторых ролях. Примы из нее не вышло. Она похудела, осунулась и была очень недовольна жизнью.
