Я не могу отвлекаться, иначе они будут считать меня придурком, а не Одаренным.
Когда я вновь взглянул на Кетриккен и Чейда, мой старый наставник хмуро смотрел на меня.
– Чему ты улыбаешься? – спросил Чейд.
– Мой принц пошутил. Он всем доволен. И как и предполагала королева, беседует с лидером Одаренных, Флерией.
Королева с торжествующим видом повернулась к Чейду:
– Вот видишь? Он уже сообщил ее имя, а нам так долго не удавалось его узнать.
– Вы хотите сказать, что она сообщила Дьютифулу какое-то имя, которым он может ее называть, – раздраженно ответил Чейд и мрачно спросил у меня: – Почему я его не слышу? Что мне делать, чтобы лучше овладеть Силой?
– Тут дело не в тебе.
Дьютифул наконец научился направлять свои мысли только мне. Даже Олух ничего не чувствует. Возможно, со временем между вами возникнет более прочная связь. В процессе тренировок твое владение Силой будет улучшаться. Но до тех пор…
– А до тех пор стоит отложить ваши споры, – вмешалась Кетриккен.
– Полагаю, что к настоящему времени даже самые медлительные из наших гостей успели переодеться в сухую одежду и согреться. Пойдем, Чейд. Нужно встретить их в восточном зале. А ты, Фитц, отправляйся на свой пост. И если мы узнаем нечто, влияющее на положение принца, я хочу, чтобы ты сразу же об этом ему сообщил.
Другая женщина подождала бы Чейда или хотя бы подошла к зеркалу. Но только не Кетриккен. Она встала и стремительно покинула комнату, абсолютно уверенная в том, что ее советник последует за ней, а я поспешу на свой наблюдательный пост.
Чейд бросил на меня взгляд, в котором смешались гордость и досада.
– Похоже, я слишком хорошо ее учил, – прошептал он.
Я вернулся в узкий лабиринт потайных ходов, прихватив из своей комнаты несколько свечей и подушку. Когда я поспешно двинулся дальше, ко мне присоединился Джилли. Он был разочарован, когда обнаружил, что у меня нет изюма, но его вполне утешила возможность приключения.
Все переговоры, при которых мне довелось присутствовать, начинались с долгой и скучной болтовни. Эти не стали исключением. Если забыть о тайнах скрывавшихся под масками послов, первый день состоял из повторяющихся запутанных шагов и сумрачных подозрений, которые прятались за словами учтивости. Послы отказывались сообщить, из каких мест Шести Герцогств они прибыли, не говоря уж о своих именах.
