– Когда прошло несколько месяцев, а от Верити не было никаких известий, моя мать, ставшая к тому моменту королевой осажденных Шести Герцогств, отправилась к нему на помощь. С горсткой верных друзей она сумела отыскать отца и помогла ему разбудить драконов Шести Герцогств.
Он снова сделал паузу, но Эллиана продолжала молчать.
– Королева Кетриккен доказала, что достойна моего отца. Тебе предстоит отправиться на поиски вашего дракона вместе со мной. Ты разделишь со мной все тяготы трудного путешествия, нарческа Эллиана, и станешь свидетельницей моей схватки с драконом.
А если окажется, что дракона не существует, ты увидишь это собственными глазами. – Неожиданно Дьютифул повернулся к залу и крикнул: – Пусть никто не посмеет сказать, что принц Шести Герцогств пожелал убить Айсфира! Пусть ваша нарческа, предложившая мне такое испытание, отправится в путь вместе со мной! – Он вновь повернулся к девушке и добавил сладким шепотом: – Если она осмелится.
Эллиана презрительно скривила губу.
– Я осмелюсь.
"
"Если бы она сказала больше, ее слов все равно никто не расслышал бы, поскольку в зале поднялся страшный шум. Смертельно побледневший Пиоттр застыл, точно ледяная статуя, но остальные обитатели Внешних островов, в том числе отец Эллианы, колотили кулаками по столу. Постепенно стук стал ритмичным, и они на родном языке запели песню, полную решимости и жажды крови, которая больше подходила для гребцов пиратского корабля, чем для делегации, прибывшей для мирных переговоров. Правители Шести Герцогств кричали, надеясь, что и их голоса будут услышаны.
Одни с радостью восприняли ответ принца и вопили, что нарческа заслужила встречного вызова, другие хвалили ее за смелость: быть может, она станет достойной королевой Шести Герцогств.
Посреди оглушительного шума неподвижно стояла королева и молча смотрела на своего сына. Я видел, как зашевелились губы Чейда: вероятно, он что-то ей посоветовал. Кетриккен только вздохнула. Я понял, что он сказал. Изменить ничего нельзя, Шесть Герцогств должны поддержать порыв принца.
Между тем Пиоттр изо всех сил пытался скрыть отчаяние. А принц и нарческа все еще стояли рядом, продолжая смотреть друг другу в глаза.
Наконец королева негромко заговорила, чтобы успокоить собравшихся:
– Мои гости, лорды и леди, пожалуйста, выслушайте меня.
Шум стал медленно стихать, постепенно успокоились даже гости с Внешних островов. Кетриккен подошла к краю помоста, и я увидел, что она полна решимости.
