Когда ткань встряхивали, она начинала мерцать, меняя оттенки от темно-фиолетового к бледно-голубому. Затем ее легко сложили и вновь поместили в маленькую шкатулку, которую поставили перед королевой.
Четвертым подарком был набор удивительных колокольчиков, укрепленных на металлической раме и внешне ничем не примечательных. Но стоило им зазвенеть, как каждый колокольчик начинал испускать мерцающее сияние.
– Это джидзин, благородная королева Кетриккен, правительница Шести Герцогств и наследница трона Горного Королевства, – сказала невысокая женщина.
– Единственный подарок, изготовленный в Удачном. Мы уверены, что вы достойны лишь самого лучшего. Джидзин – уникальное сокровище. Как и наш следующий дар. – Она махнула рукой человеку в капюшоне, и он шагнул вперед. – Кристаллы огня, прекрасная королева Кетриккен. Редчайшие из самых редких, для удивительной королевы.
Мои мышцы напряглись, когда человек в вуали подошел к помосту, где стояли кресла Кетриккен и Дьютифула. Там Чейд, пришлось напомнить мне самому себе, но дурные предчувствия не оставляли меня.
Старый убийца знает свое дело, он не позволит, чтобы королеве или принцу причинили вред. И все же я решил предупредить Дьютифула.
Будь внимателен.
Хорошо.
Я не ожидал, что принц ответит. Конечно, он не сумел направить свою мысль по узкому лучу. Я ощутил, как зашевелились волосы у меня на затылке, когда человек в вуали вздрогнул, словно его толкнули. Потом он снова замер, и я почувствовал, как от него исходит нечто, чему я не сумел подобрать название.
Ш-ш-ш, предупредил я принца тончайшей паутинкой мысли. Сохраняй молчание.
Мне ужасно хотелось увидеть выражение скрытого под вуалью лица. Смотрит ли посол на моего принца? Или взглядом разыскивает меня?"
"В любом случае человек в вуали виртуозно владел собой. Он сделал паузу, соблюдая неизвестный мне ритуал. Потом низко поклонился и представил свой дар. Он поставил ларец на пол, и, повинуясь взмаху его руки, ларец открылся. Человек в вуали вытащил из него небольшую шкатулку, из которой достал золотое ожерелье, усыпанное самоцветами, показал его королеве, а потом поднял вверх, чтобы его разглядели все собравшиеся.
Едва заметным движением руки он слегка помахал ожерельем в воздухе, и самоцветы моментально ожили, засияв в тусклом зале неземным голубым огнем. Когда он вновь повернулся к королеве, я услышал, как тихонько ахнул Шут, пораженный красотой подарка. Человек в вуали заговорил ясно и четко, и его голос показался мне почти мальчишеским.
