Но на ней было не меньше пары сотен свечей, которые горели все до единой, давая достаточно света.
Светильники были развешены и по углам зала, но именно люстра привлекла мое внимание.
В зале стояло параллельно друг другу четыре длинных стола. Еще один, поменьше, стоял дальше, на небольшом возвышении и сразу стало понятно, что он предназначен для командного состава крепости.
А вот столы…
Мое сердце рухнуло вниз, когда поняла, что целители и боевики сидят отдельно друг от друга. Получалось, что сесть к Марку и поговорить не удастся.
Хотя, тут же успокоила я себя, все это, возможно, и к лучшему. Не хочется, чтобы на нас глазели. Все это дело слишком личное.
Но как же он, наверное, обрадуется увидев меня?
Счастливые мысли и фантазии заполнили сердце. Я бросила еще один быстрый взгляд в сторону магов с алыми нашивками и увидела, что Вознесенский садится на лавку спиной к нашему столу.
Ну и пусть. Буду есть и следить за ним, а уж потом обрадую!
Я решила, что подстерегу мага у выхода из зала и с этими мыслями села между Катериной и Игнатом, решив держаться поближе к тем, кого знаю, по крайней мере, пока.
Госпожа Лира прошла к командующему и заняла свое место между командным составом. Я покосилась в ее сторону и скользнула взглядом на главнокомандующего форта. Он о чем-то говорил с тем незнакомцем, которого нам пока не представили.
Черноволосый отчего-то меня пугал. Было в нем нечто отталкивающее и даже немного пугающее.
- Игнат, - спросила я, повернув голову к соседу за столом, - ты не знаешь, кто там сидит рядом с командующим?
Целитель сдвинул брови и вопросительно посмотрел на меня.
"
"- Так кто интересует? – запустив ложку в кашу, сдобренную мясной подливой, уточнил целитель.
На мой вопрос ответил мужчина, сидевший напротив. У него было широкое обветренное лицо и густые брови, а сам он был кряжистый, словно невысокий дуб, росший на склоне, где постоянно бушует ветер. –
- Слева или справа? – уточнил, а затем коротко представился, протянув руку над столом, - Иван.
Мы по очереди, даже я, пожали крепкую руку мужчины.
Был здесь такой обычай, пожимать друг другу руки, и все равно, кем ты являешься, простолюдином, или магом благородных кровей. Ивану было лет сорок. На висках уже серебрилась седина, а во взгляде таился жизненный опыт и почти полностью отсутствовал тот блеск, который присущ лишь молодым.
- Я не знаю ни того, ни другого, - усмехнулась в ответ. – Мы же только вчера прибыли в форт.
- Тогда представлю всех и постарайтесь запомнить.
