Мне казалось, что еще миг и я, подобно дракону, а может и просто легкому облаку, воспарю над снегом, над полигоном, над этой крепостью и флагштоком башни, устремившись к облакам, столь же легким и гонимым ветром.
Мужские руки не отпускали. Поцелуй длился вечность, и я лишь отчаяннее цеплялась за плечи горца, открываясь перед ним, переплетая наши силы, его тьму и мой свет.
Мне показалось, что мы целовались вечно, стоя в его тьме, окруженные моим светом. Затем Джурич оторвался от меня, но при этом в его взгляде промелькнуло отчаянное сожаление, которому на смену пришла улыбка.
- Вы не перестаете удивлять меня, практикантка Туманова.
Я улыбнулась. Сердце все еще бешено билось в груди и было так уютно стоять рядом с горцем, словно именно здесь, с ним мое истинное место и предназначение. И этот его взгляд, темный до сумасшествия, заставлял что-то внутри себя ликовать от истинного счастья.
Марк никогда не смотрел на меня так, как сейчас это делал Горан.
Никогда. Даже, когда пытался снова предъявить свои права и я, кажется, теперь поняла разницу между тем, что испытывала к княжичу и тем, что чувствую сейчас.
- Я научилась удивлять, - проговорила тихо и, как мне казалось, спокойно.
- Хочу признаться, - он не отрывал от меня жадного взора, от которого кровь почти кипела и хотелось улыбаться глупо и немного наивно. Я держала себя в руках так, как могла. Потому что понимала, что уже преступила черту, нарушила все те правила, которыми меня пичкали всю мою сознательную жизнь.
Горан тем временем продолжил.
Голос его слегка хрипел, отчего волнение внутри меня только становилось сильнее.
- Я не просто так создал вокруг нас заслон из тьмы, - сказал джарганец. – Я сам хотел вас поцеловать, но вы оказались смелее. Мне даже стыдно, - он улыбнулся, но я вдруг поняла, что мужчина лжет. Ни капельки ему не стыдно. Более того, от ужасно доволен произошедшим.
- Я и не надеялся, но хотел рискнуть, предполагая, что получу в ответ пощечину, - пошутил Джурич. – Но вместе с тем надеялся. Слишком отчаянно желая того, что для меня почти недоступно.
Вместо ответа улыбнулась. Я прекрасно поняла его слова.
Он опасается, что после практики я уеду и, по всем законам так и должно быть.
Он переживает из-за разницы в нашем социальном положении, но здесь на севере я уже поняла, что хочу и буду оценивать не статус своего мужчины, а только его самого. Его отношение ко мне, его чувства, его искренность и верность."
"Но, наверное, на сегодня было достаточно откровенности.
