Она обязательно станет юристом и следователем, как Аида Борисовна. Алла Ивановна пыталась встретиться с девочкой и поговорить с ней, но Полина встречаться не желала, а когда Алла Ивановна приходила к Ушаковым, убегала в комнату, пряталась и на глаза Ярцевой даже не показывалась. Если Надежда Андреевна начинала ее уговаривать выйти и «хотя бы просто поздороваться с тетей», девочка грубила и дерзила, а потом начинала рыдать. В конце концов Ушакова попросила Аллу больше не приходить, сжалилась она над Полинкой, сердце-то не камень.
Тогда Алла решила воздействовать на девочку через Аиду, которая была для Полины непререкаемым авторитетом. Она попросила Аиду Борисовну зайти в медкабинет и рассказала ей об утонувшей Алисе и о том, что Полина Солодко как две капли воды похожа на ее покойную дочь. Алла хотела, чтобы при разговоре присутствовал муж, и он приехал в усадьбу к назначенному часу. Алла не скрывала от Павловой, что хочет сделать из Полины вторую Алису, она прямо говорила:
— У меня сохранились все Алисины вещи, они будут Полинке как раз впору.
Полина будет жить в комнате Алисы, спать на ее кровати, читать ее книги, пользоваться ее компьютером. Я дам ей такое же образование, какое хотела дать Алисе. А потом мы увезем Полину в Москву, чтобы ничто не напоминало ей о ее прошлой жизни, чтобы с нами она начала жить заново и стала Алисой. Тогда я смогу быть счастливой. И вы, Аида Борисовна, должны нам в этом помочь, потому что вы же хотите добра Полинке, правда?
Павлову эти разговоры возмутили до глубины души, и она стала говорить Алле, что нельзя делать из одного человека копию другого, что это порочный замысел, который не приведет ни к чему хорошему, у Полины своя жизнь, своя судьба, свой характер, и ни в коем случае нельзя пытаться слепить из нее подобие Алисы, это неуважение к личности девочки рано или поздно приведет к катастрофе.
Разговор закончился на повышенных тонах, Аида Борисовна резко поднялась и сказала на прощание:
— Вы не дождетесь от меня помощи, более того, я честно вас предупреждаю: я сделаю все для того, чтобы Полина не согласилась на усыновление и чтобы органы опеки не дали вам разрешения.
Можете быть уверены, я смогу это сделать. Вы идете по порочному пути и загубите жизнь ребенка, вы делаете все это не ради Полины, не для того, чтобы она была счастлива, а исключительно ради самих себя. Это неправильно, так нельзя.
