Я не ребенок, Даниил, я ее не потеряю, — говорю я ему сквозь стиснутые зубы.
Он улыбается, но улыбка не дружелюбная. Она хищная. Он получает слишком много удовольствия от этой маленькой игры.
— Я не хочу рисковать.
Я бросаю взгляд на окно и замечаю, что Михаил повернулся ко мне спиной. И в этот момент, когда я отвлекаюсь, что-то тонкое и твердое проходит по моей шее, спускаясь к ключицам, затем по выпуклости левой груди.
Я оборачиваюсь и наблюдаю, как его дурацкая карточка опускается ниже, направляясь к месту между моих ног.
— Ну что, printsessa, где-нибудь в безопасном месте?
Дрожь в нижней части моего живота заглушает обычное желание нахамить ему.
— Хорошо, — бросаю я ему вызов. — У меня есть идеальное место. — Кончики моих пальцев нащупывают подол юбки, и я медленно поднимаю его на бедрах. Его взгляд падает на пространство между моими раздвинутыми бедрами и устремляется на едва заметную полоску моих красных кружевных стрингов. Он издает хриплое ругательство.
Его тон настолько грубый, настолько дикий, что это вызывает всплеск удовольствия на моем клиторе.
— Вот здесь. — Я провожу пальцем по кружевной лямочке, опоясывающей мою верхнюю часть ноги. Я получаю слишком большое удовольствие от вида его сжатой челюсти и напряженных плеч. — Ты дашь мне карточку сейчас, чтобы я могла продолжить свой день?
Он тяжело сглатывает, когда толстый палец опускается под клипсу, соединяющую мои чулки и пояс с подвязками, и с легким щелчком прижимает черную пластиковую карточку к коже моего бедра.
Он снова раскрывает газету, как будто не он с голодом пялился на мою голую кожу, без слов прогоняя меня.
Я выхожу из машины, на моих губах играет победная улыбка. Она не сходит с лица, когда я прохожу через роскошное фойе здания и вхожу в лифт, а Михаил все это время следует за мной. Она даже не спадает, когда я вхожу в пентхаус, который будет служить мне новым домом и клеткой до тех пор, пока я не смогу в одиночку уничтожить не одну, а две преступные империи.
ГЛАВА 11
Даниил
Мои шаги гулко отдаются в мраморном фойе, на что я обращаю внимание только потому, что в пентхаусе в этот поздний, а точнее, ранний час стоит мертвая тишина. То, что я оказался дома до двух часов ночи, — почти чудо; с тех пор как две недели назад открылось казино, я работаю без перерыва. Но сегодня Лео взял на себя управление ""Беллаиром"", чтобы я мог заняться более насущными делами.
