С одной стороны, это триумф, но с другой — горечь от того, что я прошла через ад и обратно во имя оправдания своей семьи. Но Дейдра не может нести всю вину на себе. Мы все служим людям, стоящим над нами, и я понимаю, что были и другие факторы. Поэтому я улыбаюсь и говорю ей:
— Я тебя прощаю.
Даниил выглядит чуть менее снисходительным, но он защищает меня, и я понимаю, почему.
— Ну, вы, конечно, красивая пара, — замечает Дейдра, ее глаза морщатся в уголках. — После всего, что вы пережили, вы заслуживаете счастья.
— Спасибо, — прямо говорит Даниил.
— Моя дверь всегда открыта для вас. — Дейдра кивает, поворачивается и исчезает в толпе.
— Ну, это было неожиданно, — говорю я, когда Даниил обхватывает меня за талию и притягивает к себе.
— Для меня — нет. Ты заслужила эти извинения. Я долго ждал этого, — пробормотал он, целуя меня в шею.
— Спасибо, — говорю я, поднимая на него глаза. Его взгляд встречается с моим, в нем мелькает сухое веселье.
— Поблагодаришь меня после того, как я оттрахаю тебя шестью способами до воскресенья.
— Его голос — черный шелк, обещание того, что будет дальше. Он быстро осматривает комнату, а затем улыбается мне. — Кстати говоря… — Он практически тащит меня по коридору в свой кабинет. В кабинет, в который у меня теперь есть свободный доступ. Закрыв за нами дверь, он, не теряя времени, водружает меня на свой стол и устраивается между моих ног.
— По-быстрому, — объясняет он, как будто это было непонятно.
— К счастью, я пришла подготовленной, — хвастаюсь я и поднимаю подол платья, демонстрируя ему свою голую киску.
Я решила, что трусики сегодня будут только мешать.
— Черт. — Его брюки спускаются так быстро, что можно подумать, что они горят. — Мне нужно быть в тебе прямо сейчас.
Он обнимает меня за шею, пристраиваясь между моих ног, и одним неистовым толчком погружается в меня. Мои глаза закатываются назад.
Как обычно, я потрясена интенсивностью нашей связи. Наверное, в некоторых штатах запрещено заниматься сексом так хорошо, потому что эта связь между нами — как огонь и масло, одно только подпитывает другое.
Я шире раздвигаю ноги и отклоняю тело назад, чтобы глубже вобрать его в себя. Чтобы насладиться каждой минутой, проведенной наедине, в объятиях друг друга. Со стоном он поднимает руку и проводит по моей щеке, пристально глядя мне в глаза."
"— Я люблю тебя, — простонал он, проводя большим пальцем по моему пульсирующему клитору. Я уже чувствую, как он набухает внутри меня, находясь на грани разрядки.
