Теряюсь от ее близости, как мальчишка.
– Вы сейчас мечетесь и действуете на эмоциях, а значит, только больше дров наломаете, – произносит медленно, вкрадчиво, словно программирует меня. – Да и Маруську не с кем дома оставить. Вы еще помните, что у вас есть дочь? – пускает шпильку.
– Са-а-аш-ш, – устало шиплю на нее. – Прекращай, а? И так хреново, – признаюсь, импульсивно обнимая ее за талию и сильнее прижимая к себе. – А еще давай на «ты», раз уж так все… случилось.
– Для легенды? – уточняет, а я киваю, просто потому что лень спорить или объяснять ей что-то.
– Ладно, – кидает с тенью недовольства. – Регистратор ждет нас в понедельник, чтобы отдать свидетельство о браке. И, кажется, ты ей денег должен за церемонию.
– Очешуеть просто! – округляю глаза, и брови ползут на лоб от удивления. – Я эту мошенницу по миру пущу! И вообще…
– Ты психуешь, и это мешает здраво мыслить, – монотонно перебивает меня жена, как опытный психотерапевт. Не хватает кушетки и расслабляющей музыки. Впрочем, мне и так неплохо, пока Саша в моих руках.
– У тебя впереди целые выходные, чтобы продумать стратегию. А с понедельника начнешь всех казнить.
– Ты права…
– Мне послышалось? – прыскает игриво. – Или тебе опять плохо стало?
Показательно касается пальцами моего лба, будто проверяя температуру, а я ловлю ее ладонь и прижимаю к щеке. Провожу щетиной по нежной коже. Саша широко распахивает глаза цвета неба и прекращает дышать, в то время как я наклоняюсь к ее лицу. Останавливаюсь в жалком сантиметре от приоткрытых губ.
– Хм, знаешь… Думаю, мне и правда хуже… Потому что в голове… птички поют, – непонимающе хмурюсь.
Она прислушивается и вертит головой, словно пытается поймать мою галлюцинацию. Сама-то хоть настоящая?
На смену пернатым, которые, видимо, улетели в теплые края, раздается журчание ручейка.
Ну все, Высоцкий, приплыли…
– Это мой телефон звонит, – мягко отстранив меня, Сашка осматривает гостиную. Хмыкнув, шагает к входной двери. – Только где он?
Выдохнув с облегчением, охотно помогаю ей искать сотовый.
Пока она проверяет плащ на вешалке и сумочку, небрежно брошенную у зеркала, я ориентируюсь на звук. В моем доме будто полноводная река шумит.
– Почему такая дурацкая мелодия?
– Звуки природы. Мне нравится, – пыхтит жена. – Люблю все необычное.
– Кто бы сомневался…
Приседаю возле тумбы для обуви, заглядываю в зазор – и через секунду победно выуживаю оттуда тоненький дамский телефончик.
