Приближаюсь вплотную, нависая над рыжей фурией и лишая ее любых путей для отступления, кроме…"
"Острые коленки оказываются между моими бедрами, и я вовремя вспоминаю запрещенный прием, который она почти использовала против меня на остановке. Сжимаю ее ровные ноги своими, смыкая их и надежно фиксируя. Упираюсь кулаками в край столешницы. Наслаждаюсь секундной передышкой.
– Ты что задумала? – строго спрашиваю после паузы. – На кого работаешь? Тебя кто на меня натравил?
– У вас паранойя, – играет бровями. Дрожит, но не сдается.
Наоборот, в панике у нее рот не закрывается, и я на себе испытываю всю прелесть словесного поноса. – Мания преследования… В совокупности с завышенной самооценкой и обостренным нарциссизмом. Гремучая смесь. А еще знаете что…
Не знаю!
И знать не хочу!
Поэтому, схватив Сашку за затылок, я грубо затыкаю болтливый рот поцелуем.
Не верю, что делаю это. Чокнулся! Всему виной дерзкая заноза, которая преследует меня. Потом выясню, зачем, а пока…
Углубляю поцелуй. И гори все огнем!
– М! – возмущенно мычит она мне в губы.
Выталкивает мой язык своим, и это лишь сильнее заводит.
Мне нравятся ее запах и вкус. Мягкость и бархат кожи.
Даже в легких жалящих укусах есть что-то будоражащее фантазию.
Хотя нет… Сашка реально кусается. Больно.
Цапнув меня за губу, упирается руками в плечи, брыкаясь в моих объятиях. Стоит мне отстраниться, как она замахивается, чтобы залепить мне пощечину.
Хлопок разносится по всему помещению, эхом отражаясь от стен.
Немного отрезвляет.
И заставляет почувствовать себя маньяком. Каким-то особо озабоченным, вдобавок туалетным.
Я готов отпустить неожиданную жертву и извиниться, но дергающиеся колени под моим пахом останавливают. В таком состоянии я точно пропущу удар.
– Вот так болячки и передаются, – не умолкает Саша ни на миг, брезгливо вытирая губы тыльной стороной ладони. – Надеюсь, я от вас ничего не подцепила. Тьфу-у! – изображает рвотные позывы.
А-а-а, как же бесит! Я ведь почти остыл после оплеухи. Пришел в себя, одумался.
Человеком стал, а не похотливым животным.
– Вы меня всю обслюнявили, – продолжает плеваться Сашка, будто специально выводит меня из шаткого равновесия.
Крышу опять срывает ураганным ветром.
Заключаю ее лицо в ладони, сжимая покрасневшие щеки. Она зажмуривается, а я впиваюсь в сомкнутые губы.
То ли я оголодал без бабы, вычеркнув Крис из графика, то ли надышался винными парами, но меня серьезно ведет. Особенно когда она отвечает на поцелуй.
