Уже десятая тарелка полетела в стену напротив.
– Ах, новый родственник, – вслед за тарелкой о стену разбился бокал, правда, не хрустальный. Лика приказала принести посуду подешевле, для слуг, дорогую и красивую бить было бы жалко, – ах, принадлежало императорской семье! Сволочи! Все сволочи! Урою этого идиота! Раньше он, скотина такая, сказать не мог! Выглядела перед всеми, как дура! Ненавижу! Всех ненавижу! Я просила мужа, богатого, а не вот это все! Нафига мне эльфы в родне?!
Слова лились потоком, Лика особо не следила за тем, что говорила.
В спальне никого, кроме нее, не было. Даже бобики, и те сбежали при первых же признаках историки. Трусы. Все трусы!
Лика категорически была против не самих эльфов, а их социального статуса. Она уже жена императора. Хватит с нее этикета и прочей мути. И ведь этот скотина, ее муженек, прекрасно знал, что кольцо выбрало носительницу королевской крови. Знал и молчал!
Лика заистерила сразу же, как они с муженьком остались наедине в спальне, после приема. Этот козел не стал дожидаться битья тарелок о его голову – логичного продолжения истерики Лики – и свалил порталом неизвестно куда, оставив жену в одиночестве.
И вот теперь Лика била посуду, всхлипывала и желала всем эльфам здесь икоты, долгой и не исчезающей.
– Эльфы, – всхлипнув последний раз, Лика огляделась вокруг: посуда закончилась, под ногами валялись только осколки, – император, чтоб его! Ненавижу уродов!
Упав на постель в том же платье, в котором встречала гостей, Лика мгновенно вырубилась.
Сил у нее просто не оставалось. Ни на что.
Утром она проснулась изнуренная, измученная, с синяками под глазами. Прибежавшие на вызов служанки споро убрали разбитую посуду, принесли завтрак.
– Где мой муж? – хмуро спросила Лика. Настроение не улучшилось, и она прямо-таки горела желанием выяснить отношения.
– Уехал на охоту, госпожа, – последовал неожиданный ответ.
Он что сделал?! Вот же козлина!
– Один?
– С эльфами, госпожа.
Ах, еще и с эльфами… То есть он собрался там веселиться, а Лике скучать в одиночестве?! Ну уж нет!
– Одежду для охоты.
И повозку, любую, – приказала Лика. – И кого-нибудь, кто смог бы проводить меня к месту охоты.
Две служанки поклонились и отправились искать повозку и сопровождающего. Третья осталась готовить Лику к охоте.
Брючный костюм наподобие мужского, только более изящного кроя, отлично смотрелся на новом теле Лики. Она покрутилась перед зеркалом и удовлетворенно ухмыльнулась. Всегда любила зеленый цвет.