– День прекрасный у нас впереди-и-и, – пропела Розалия и поправила плед. – Вы совершенно правы, дорогой Степан Петрович. Нужно уметь останавливать себя даже в самых лучших и благородных проявлениях. Иначе вы возьмёте на себя слишком много, как потом нести? Не унесёте, и вам будет стыдно – вы ведь уже взялись!
– Вы философ, Розалия Карловна!
– А ты только сейчас заметила? Мой сладун замучился тоже. Хозяйка покинула его, и он остался на моём попечении, а я не могла как следует о нём заботиться, потому что заботилась о Ксении.
Сейчас мы это восполняем.
Тут она окинула их острым взглядом, усмехнулась и велела отправляться в каюту – приводить себя в порядок перед завтраком.
– А вы? Вам помочь?
– Мы ещё посидим немного. Так хорошо просто сидеть на палубе с собакой!.. Вы ещё молоды и не можете понять, что в этом и состоит счастье – сидеть с собакой на палубе парохода, когда начинается утро. Вам нужно другого счастья. А нам это как раз по размеру.
В «резервной каюте» они долго принимали ванну, потом ещё валялись и даже заснули!.
. И проснулись, только когда теплоход загудел басом и стал поворачивать.
Степан вскочил, выглянул в окно и известил:
– Павлово. Володя должен быть уже здесь.
И стал торопливо одеваться.
– Владимир Иванович? – Таша, сидя на кровати, вытянула шею, пытаясь тоже заглянуть в окно. – А как он здесь?.. Он же вчера в Нижний уехал. На машине!
– Он сюда должен приехать.
– Но это же очень далеко!
– Отсюда до Нижнего? Километров двести, так что должен успеть. Маленькая, я пойду, а ты можешь ещё полежать.
– А ты куда пойдёшь? Можно я с тобой пойду?
Степан поцеловал её, вышел было, но вернулся и ещё раз поцеловал.
– Я здесь, никуда не денусь. Не торопыжничай. Ничего сверхъестественного не начнётся.
…Какое прекрасное слово – не торопыжничай!.. Это дедово слово, больше Таша ни от кого его не слышала.
Она старалась тянуть время – «не торопыжничать», – но всё равно собралась очень быстро. Таша заставила себя перебрать немногочисленные наряды, чтобы решить, в чём именно она сегодня будет особенно прекрасна, ничего не решила и надела джинсы и белую футболку.
…Почему Наталья Павловна в такой одежде выглядит по-королевски, а она, Таша, совершенно обыкновенно, даже затрапезно? Вот загадка.
В салоне верхней палубы, куда она первым делом заглянула, официанты накрывали завтрак. Один стол, за которым обычно сидели Степан и Владимир Иванович, был без скатерти, на нём разложены какие-то бумаги, и сидели все трое – оба мужчины и Наталья.
