– Я здесь ради расследования, – сухо уточнил Семён. – Или у ФСБ появились претензии ко мне лично?
– Пока не появились, – многозначительно вздохнул полковник ФСБ. – Но появятся, если ты продолжишь нарушать закон.
– Я расследую похищение Стеллы Фликштейн, гражданки Российской Федерации и дочери уважаемого человека, – Семён сделал многозначительную паузу, – родственники которого входят в команду президента. И интересуются ходом расследования ежедневно. Я делаю всё, от меня зависящее, не выходя за рамки служебных обязанностей.
Где конкретно вы усматриваете нарушение мною закона?
– Не играй в барана и новые ворота, – ещё более устало отмахнулся от него полковник ФСБ. – Давай поговорим начистоту: да, ты нашёл лазейку – дед старый, давно на пенсии, возраст берет своё. Может, соображает уже не так здорово, как раньше, или понадеялся на сознательность своих домашних…"
"При этих словах полковник иронически ухмыльнулся, мол, давно канули в Лету те времена, когда от обычных граждан можно было ожидать сознательности.
Сейчас эти тупоголовые недоноски легко продают Родину даже не ради денег, а всего лишь за пару лишних лайков.
– Но проект, которым он занимался, имеет гриф «Государственная тайна», – продолжил полковник ФСБ, – срок давности ему недавно продлили, так что истечёт он лет через пятьдесят, если к тому времени не продлят ещё. Да, с родственников академика подписку о неразглашении не брали. Да, старый дед сболтнул им лишнего. И да, они дали тебе информацию, которой не должны были обладать.
Формально нарушения закона тут нет. Но реально налицо попытка подрыва национальной безопасности. С его родственничками мы разберёмся. А ты заканчивай совать свой нос, куда не положено, и у тебя не будет с нами проблем.
– Это угроза? – хмуро поинтересовался Семён. – ФСБ планирует противодействовать расследованию?
– Не тупи, капитан, ты же не дурак! – недовольно оборвал его полковник ФСБ. – Мы ничему не препятствуем. Этот разговор состоялся ради того, чтобы избежать очередного конфликта интересов между нашими ведомствами.
Я имел возможность ознакомиться с материалами этого дела. Тебе не позавидуешь – это стопроцентный висяк, такое не раскрыть. Прямо скажу – не представляю, как она исчезла. Именно поэтому я вникал в детали. И именно поэтому говорю тебе прямо: по нашей части ты ничего не нароешь. Такого оборудования нет ни у нас, ни за океаном. До подобного уровня наука дойдёт ещё не скоро, если вообще дойдёт.
