Ты связываешься со своим командованием, и оно в течение двух часов, до 0.15, обеспечивает посадку за восточной высотой, где начинается Кентумское ущелье, вертолета «Ми-8» с безоружным экипажем и полными топливными баками. На борту вообще не должно быть никакого оружия. Как только вертолет прибудет на место, мы отпустим часть заложников. И продолжим разговор. Это пока все!
Дрозденко крикнул:
– Эй, Умар, погоди! Если я запрошу вертолет, то командование непременно задаст вопрос, куда вы намерены на нем лететь. Чтобы подготовить и «вертушку», и экипаж, который еще надо подобрать.
Вряд ли найдется много добровольцев путешествовать с вами!
– Минуту!
– Хоп! Иди, посоветуйся с Халифом.
Галанов возобновил переговоры через считаные секунды; видимо, Халиф находился рядом:
– Передай командованию, что мы намерены лететь на юго-восток. Дальность полета около семисот километров. Этого достаточно!
– Далековато вы собрались!
– Это не твое дело.
– Я передам ваши требования насчет «вертушки», но учтите, если все, конечно, сложится, – ночью «Ми-8» не летают.
В темное время суток, я имею в виду."
"– Но вы же используете вертолеты, способные летать в темное время суток?
– Используем, но их единицы и сейчас в регионе ни одной такой «вертушки» нет. Это я знаю точно!
– Если хотите спасти заложников, перегоните вертолет из другого региона!
– Еще вопрос, Умар, который мне зададут. Почему следует посадить «Ми-8» у начала Кентумского ущелья, а не на плато за виноградниками? Или где-нибудь в другом месте? Вокруг аула везде площадки найти можно.
– На этот вопрос ответа не будет.
– Сколько заложников вы отпустите в случае посадки вертолета?
– Я же сказал, часть. А какую, узнаешь в полночь! Все! До 0.15!
Дрозденко вошел в дом, вызвал на связь Соловьева.
– Первый, я – Третий!
Подполковник ответил:
– Я все слышал. В принципе ничего другого от бандитов ждать не следовало. Сколько помню, они почти всегда, зажатые в угол, прикрываясь заложниками, требовали вертолет, дури, денег. Ну, еще оружия или боеприпасов.
Пока Халиф затребовал лишь вертолет. Что ж, придется подгонять сюда нашу «вертушку».
– Ступина?
– Да, «Ми-8» майора Ступина.
– Слушай, командир, а ты узнавал, сколько в доме женщин и детей?
– Узнавал. Четверо жен, пять наложниц, двое мальчиков, четверо девочек. Старший сын Асанова учится в Турции, еще двое сыновей находятся в Саудовской Аравии. Две старшие дочери замужем. Также проживают за границей. Где именно, не уточнял. Они нам не нужны.
