— Эй, парень! Сто пятьдесят. И это мое последнее слово, — бросил ему в спину Шлиске, но, не дождавшись ответа, плюнул и захлопнул дверь. Ник едва заметно скривился. За обычные поделки Ника гра уже платил ему сто двадцать лутов, а средний доход от шашлыка в день работы составлял не менее ста шестидесяти, так как порция с недавних пор стоила не десять, а пятнадцать лутов, из которых на долю Ника приходились девять. И вот эти самые двести восемьдесят лутов он и собирался сегодня выручить за своих зверушек.
Хозяин другой сувенирной лавки также сразу цены не дал.
Но стоило Нику сделать вид, что он-де еще не побывал у гра Шлиске и, если хозяин не согласится на его цену, просто пойдет к прежнему скупщику, как сделка тут же сладилась. И на его счет капнула желаемая сумма.
В забегаловке все было по-прежнему. Если, конечно, не считать того, что Иссель поприветствовала Ника улыбкой. Похоже, за ночь она себе чего-то там напридумывала и напредставляла и сегодня решила поподробнее расспросить чужака о его мире и о том месте, какое он в нем занимал.
Ну и что, что он без шпаги, а в его мире уже вышли в космос? Если он там все равно принц — так это даже лучше. У принцев миров, находящихся на такой ступени развития, денег должно быть точно побольше, чем у тех, где до сих пор в ходу шпаги. Все девочки, с которыми она вчера по Сети обсудила столь захватывающую новость, дружно сошлись в этом факте. А три из них даже пообещали ближе к вечеру, когда у них закончится смена, подъехать к ней в забегаловку и посмотреть на этого таинственного варвара воочию.
Снимки-то со своей сети Иссель им кинула сразу. И всем подружкам, ну буквально всем, этот таинственный незнакомец страшно понравился. Даже гордячка Клем и та бросила: «А ниче…» Так что Иссель сейчас ждала своего принца во всеоружии — в новом платье, чистом передничке и с тарелкой касвахеи — мелких макарон с мясным фаршем и под грибным соусом. Отличное блюдо — сытное и недорогое. Не то, что его знаменитый «шашлык из барашка».
Но Ник есть не стал. Его мутило, и кусок в горло не лез совершенно. Он кое-как продержался до темноты, но с каждым часом молодому землянину становилось все хуже и хуже. Наконец, не выдержав, он повернулся к повару и тихо сказал:
— Табек, я выйду, подышу малёха. А то что-то мне совсем… — и, держась за стену, побрел к выходу.
Выйдя на улицу, Ник сел на ступеньки, привалился спиной к стене и… отрубился.
Глава 4
— …сильнейшая интоксикация.
