Причем, это еще не все. Судя по количеству пустых бутылок, валяющихся на полу, еще не менее пары дюжин они заказали в местном баре… Хотя пили гнусно, не по-русски. Эвон бутылок семь дорогущего селирийского трейни даже наполовину не допиты. Ну, каким надо быть идиотом, чтобы открывать новую бутылку такого пойла, пока не закончилась старая? И ведь не один раз так сделали, а семь! Впрочем, сейчас это было Нику только на руку.
Он сноровисто вытащил из бара полдюжины бутылок и аккуратно обмотал их несколькими слоями туалетной бумаги.
После чего зашел в одну из спален и поднял с пола обоссанное покрывало, которое «леди», похрапывающая на постели, просто спихнула с кровати ногами. Спустя пять минут все шесть экспроприированных бутылок были аккуратно завернуты в покрывало, причем так, что мокрое пятно оказалось точно сверху, и упакованы в мешок для грязного белья. Поверх покрывала были брошены облеванные женские тряпки. Еще один мешок Ник заполнил полутора десятками пустых бутылок и положил сверху одну початую бутылку трейни, аккуратно заткнув ее найденной тут же пробкой, после чего, взвалив на плечи оба мешка, вышел из сьюта.
— Так-так-так… и что же это мы тут тащим, стюард?
Ник небрежно швырнул на пол мешок с тряпками и тщательно упакованными бутылками и оч-чень аккуратно положил на пол другой, с пустыми бутылками. Бутылки громко звякнули. Ник широко и даже подобострастно улыбнулся:
— Добрый день, гра Нувэль. Так, немного почистил.
Бутылки пустые собрал, одежду испорченную. Отдам в чистку. Как клиенты оч… э-э, начнут собираться — все уже в порядок приведут.
Гра Нувэль, старший охранник палубы «А», довольно оскалился:
— Почистил, говоришь? А ну-ка дай сюда мешки!
Ник с готовностью схватил мешок с тряпками и протянул охраннику. Но тот только кивнул на него стоявшему рядом с ним громиле в форме охраны «Лодики», буркнув ему:
— Проверь, — а сам с предвкушающим выражением лица ткнул пальцем в тот, что был с бутылками:
— Этот!
Ник тихонько вздохнул и нехотя поднял другой мешок.
Старший охранник сунул туда нос и, спустя всего лишь мгновение, с торжествующим видом извлек из него початую бутылку трейни.
— Пустые, говоришь? А это что?
Ник молча смотрел в сторону, зато громила, которому возглас начальника дал отличный повод перестать ковыряться в тряпках, залитых блевотиной и мочой, заинтересованно повернул голову.
