— И поэтому ты приходила ко мне на чай без лифчика.
— Конечно. И кнут, и пряник. Это момент расслабления. И ослабления. Бдительности.
— Ваши выводы, Доктор.
— Мне с тобой повезло. У тебя железная психика. Ни разу не взорвался.
— Тебе повезло, да. Я не взрываюсь по мелочам и при правильной подаче могу даже глупость принять за ум.
Алёна вздохнула, положила раскрытые ладони на столешницу и придвинулась ближе.
— Ты хоть представляешь, как мне страшно с тобой вот так откровенничать? У тебя такое гибкое сознание, — прошагала пальцами по каменной поверхности барной стойки, — прямо, прямо и за угол.
Я же не знаю, что ждет меня там, за углом. Не знаю, Ванечка. Может быть, такси?
— Такси я тебе завтра вызову, — улыбнулся Шаурин.
Алёна делано громко, как будто облегченно выдохнула.
— Какое счастье.
— Пей, Мурка. Когда ты уже напьешься?
— Хочешь меня пьяную и в красивом платье?
— Хочу. Я заслужил, — мягкая ирония пробежала по губам. — Весь вечер исправно ведусь на твои позитивные манипуляции: платье, улыбки, доверчивые разговоры, комплименты.
Алёна расхохоталась:
— Теперь я верю, что ты читал этот словарь. Мне кажется, что ты мне быстрее мозги взломаешь.
— Я могу. Если будешь плохо себя вести, я этим займусь. И знаешь, если бы ты мне не понравилась, твой сексуальный призыв так и остался бы без ответа. Неважно, какое на тебе платье. Или ты вообще без платья. Хоть ты с кнутом, хоть с пряником.
Голова закружилась. Но закружилась приятно, и в теле почувствовалось сладкое томление; Алёна сдержанно улыбнулась и вздохнула:
— Ах, Твою-Мать-Величество, какой ты у меня красивый.
Меня аж подташнивает от твоей идеальности. Хорошо, что у тебя невыносимый характер.
— Ты же его как-то выносишь.
— Я ненормальная, забыл? А нормальную ты угробишь, — чуть наклонила голову, глядя на него оценивающе.
— Нет, Мурка, ты для меня само совершенство. Над тобой работать и работать.
Мурка снова рассмеялась. Она сегодня много и открыто смеялась, что не могло не радовать.
— А у тебя раньше были сложности в общении с противоположным полом? — поинтересовалась она, допивая последний глоток.
— Всегда, — кивнул Иван.
— Почему?
Он помолчал, подбирая слова.
— Люди такие предсказуемые, — сказал, скрывая что-то большее за усмешкой. — У тебя?
— Сложности?
— Угу.
— Никогда, — сразу самодовольно выдала она.
— Почему? — тоже спросил он."
"— Люди такие предсказуемые, — прикрылась усмешкой и глубже вздохнула.
