Может, и не стоило ему говорить об этой встрече, но мама сама предупредила: если Ваня и отец спросят, она у Алёны.
— Что ты кричишь на весь дом? Что случилось? — Юлия подошла к лестнице и посмотрела на сына.
Он, перескакивая через одну ступеньку, рванул на второй этаж. Катька скрылась в своей комнате, захлопнула дверь и даже повернула ключ в замке. Когда Ванечка в таком настроении, лучше вообще ему на глаза не попадаться. А она хоть косвенно, но к этому причастна.
Иван прошел по холлу второго этажа к библиотеке.
Родители пили кофе и, вероятно, обсуждали какие-то дела. Отец сидел в черном необарочном кресле. На полированном столике лежала кипа документов.
— Я не понял, Юлия Сергеевна. Это что за шутки такие?
— Теперь я не понимаю. Ваня, ты о чем? — невинно поинтересовалась Шаурина, внутренне готовясь прочувствовать всю степень недовольства сына.
— Какого черта ты с ней встречалась?
Юлия сунула руки в карманы просторных черных брюк и строго взглянула на сына.
— Я как-то не предполагала, что должна спрашивать у тебя разрешения, с кем мне общаться.
И когда общаться. Я даже у твоего отца никогда не спрашивала. Даже он не указывал, с кем мне дружить. И ты не будешь. Ясно тебе? Независимо от того, твоя бывшая ли это, настоящая, или этот человек вообще не имеет к тебе никакого отношения. Понятно?
— Ты в мои отношения вообще не лезь! Не смей вмешиваться! — рявкнул на мать так, что отец в возмущении поднялся с места.
Юлия, заметив реакцию мужа, остановила его от дальнейших действий, какими бы они ни были.
Приложила палец к губам, прося не вмешиваться, и вновь обратила взгляд на сына.
— Ты не кричи на меня. Тебе и не представить, какой у меня стойкий иммунитет на этот рев. Так что можешь не стараться, бесполезно. На меня не действует. Разбирайся в себе, не обвиняй всех вокруг. Я в твои отношения вообще не лезу. Знать не знаю, что там у вас приключилось. Ничего страшного не произошло. Мы с Алёной просто поговорили.
— Не надо с ней разговаривать!
— Что значит – не надо? — воскликнула мать.
— Воспитывай Катьку!
— Никто никого не собирался воспитывать, мы просто поговорили.
— Да уж, конечно, — оскалился Иван. — Не надо, мама! Потому что ты ее не знаешь!
Юлия раздраженно выдохнула. Спорить с сыном бесполезно. Всегда было. А сейчас тем более.
Ваня круто развернулся и вышел.
— Ух! — Юлия улыбнулась и передернула плечами. — Ты смотри какой! Злой весь, взбудораженный.
— Чему ты радуешься? — хмуро спросил Денис и снова сел в кресло.
