Алёну интересовали только члены семьи Шаурина.
Все же волнение немного улеглось, напряжение отпустило нервы. Алёна прошлась взглядом по светлой гостиной.
Каминный портал в стене напротив, плазма, стеллажи, на полках которых небрежные стопки книг соседствовали с разномастными фоторамками и статуэтками. И в этой неаккуратности, в этом маленьком беспорядке виделось столько семейного уюта и тепла, что возникло невольное желание подойти и порыться именно среди этих неаккуратно сложенных книг с потертыми обложками, а не тех, выстроенных в ровные горделивые рядки в чопорных дорогих обложках; захотелось взглянуть ближе на лица, изображенные на фотографиях.
Краем глаза уловив какое-то движение справа, Алёна повернулась и оцепенело замерла, увидев крысу. Крысу! Самую настоящую. Живую.
Денис, заметив выражение безграничного ужаса на лице девушки, проследил за ее взглядом.
— Димон, ты откуда тут взялся? — хмыкнул он и поднялся с места.
Зря он это сказал. Мерзкое животное, среагировав на голос, тут же засеменило ножками по гостиной прямиком в их сторону.
Алёна с визгом вскочила на диван и, вцепившись в плечи Шаурина, спряталась за его спиной. Проклятая крыса остановилась перед ними, дернула мордочкой, повела носом, принюхиваясь.
— Уберите от меня эту гадость! — запричитала она. — Пожалуйста…
— Тихо, детка, тихо, — успокаивающе проговорил он и сжал тонкокостное запястье девушки. — Эта крыса домашняя, она ничего плохого тебе не сделает."
"— Да пусть она хоть трижды золотая! Боже, она сейчас на меня прыгнет… — Колени предательски ослабли, и Алёна еще крепче обхватила широкие плечи мужчины.
Разумеется, на ее безумный визг с кухни прибежала Юлия Сергеевна, тут же в сопровождении высокого темноволосого мужчины в гостиной появился Иван. На момент все удивленно опешили от увиденной картины. Только Денис Алексеевич, как всегда, был олицетворением самого спокойствия.
— Ну вот, а ты переживал. По-моему, они уже подружились, — нашелся первым незнакомец.
Наверное, тот самый Артём.
Его грубый голос вывел всех из мимолетного ступора. Ваня бросился к Алёне. Она, отцепившись от Шаурина-старшего, теперь повисла на Ваньке. Его отец подхватил крысу и унес из комнаты.
— Юлия Сергеевна, уважаемая, это вам, — любезно произнес Артём.
Все еще находясь в небольшой растерянности, женщина выдохнула и с улыбкой посмотрела на него.
— Что это? Торт? Ну тогда пойдем на кухню, — приняла из его рук коробку.
