– Ну, а чего они? – тут же вскипел мальчишка. – Ты ж сам говорил, что всему учиться надо, и что ничего просто так не дается. А эти говорят, вы, мол, пришлые, никогда настоящими пластунами не станете.
– Станете, – твердо глядя ему в глаза, ответил Елисей. – Уже становитесь, раз сумели втроем дюжину разогнать. Или там не так было?
– Так-то так, да только дрались не все, – помолчав, нехотя признался Мишка. – Из той дюжины только пятеро старших драться стали. Остальные… не знаю. Может, испугались, а может, просто не захотели.
– Все одно молодцы, – усмехнулся парень. – Молодцы, что все трое плечом к плечу встали.
– Угу. Бабушка опять за одежу порванную ругаться станет, – вздохнул мальчишка, демонстрируя ему почти оторванный рукав.
– Пусть ворчит, – отмахнулся Елисей. – Доля ее бабья такая. Ворчать да одежду латать. Из вас никто за нож не брался? – сурово уточнил он, оглядывая мальчишек.
– Не, ты ж сам говорил, что на своих оружие не обнажают, – дружно замотали гривами пацаны.
– Это хорошо, что запомнили, – кивнул парень.
– Бить, для ума, можно. А вот убивать никак нельзя.
– Вот мы и били, – снова вздохнул Мишка.
– Ты чего вздыхаешь, воин?
– Так того и гляди, родичи ихние к тебе ругаться прибегут.
– Что, крепко побили? – пряча улыбку, поинтересовался Елисей.
– Угу.
– Ну, как прибегут, так и убегут, – рассмеялся парень, обнимая всех троих разом.
* * *– Вот еще одна жалоба на башибузуков твоих. Ночью, третьего дня, из конюшни на улицу свели трех коней и привязали их к коновязи. А пса сторожевого гадостью какой-то опоили, от которой оный пес весь день спал.
А еще пугало с огорода сняли и перед крыльцом поставили, – зачитал комендант и, вздохнув, спросил, поднимая на парня глаза: – Ну пугало-то чем им не угодило?
– Почему не угодило? – развел Елисей руками. – Угодило. Просто мальчишки решили хозяевам показать, что был кто-то у них на подворье. Вот и…
– Вот и, – передразнил его штабс-капитан, старательно пряча улыбку в усы. – А по-другому как-то это показать можно было? Баба поутру встала корову доить, на крыльцо выходит, а там такое.
Едва сердце не оборвалось. А случись с ней что, кто отвечать станет?
– А окажись на месте того пугала горцы, что тогда? – помолчав, тихо спросил Елисей. – И заметьте, ваше благородие. Ни патруль, ни караульные так ничего и не заметили.
– Да уж. Учудили, – буркнул комендант, доставая портсигар.
– Я не о том, – отмахнулся парень. – Я про то, что служба в крепости не совсем правильно организована.
