Заряжен, – предупредил он, развернув револьвер рукоятью вперед.
– Благодарствую, – улыбнулся майор. – Добрая работа. И в руке ловко лежит. И сколько таких вы можете изготовить за раз?
– Дорогое оружие. Его только под заказ делать, – пожал парень плечами.
– Тоже верно. Зато система какая надежная, – оценил офицер. – Патроны тоже вашей работы?
– Да. Все наше.
– Это просто прекрасно, – вздохнул майор, возвращая оружие. – А теперь давайте поговорим о том, что случилось у вас в крепости. Расскажите мне всё. С того момента, как вы узнали о появлении в ущелье горцев.
* * *Проговорили они до самой ночи. Уставший и охрипший от бесконечной говорильни Елисей уже отчаялся и готовился волевым усилием прекратить этот бесконечный разговор, когда майор, устало потерев виски пальцами, вздохнул:
– Да уж, история. Уж и не знаю, злиться или смеяться.
– Может, поведаете, ваше благородие, с чего вообще все началось? – осторожно поинтересовался парень.
– Письмо в штаб пришло. А в письме написано, что ты, своей волей, сначала грозился пытать, а потом казнил военнопленного.
– Ага, вот значит как, – протянул Елисей, начиная кое-что понимать.
– Наши умники сразу заметили, что письмо то написано было человеком грамотным, имеющим образование, но совершенно ничего не понимающим в военном деле. Коротко говоря, не офицером.
– Небось еще и почерк был каллиграфическим, – зло усмехнулся парень.
– Похоже, ты уже понял, кто это написал, – хмыкнул майор, с интересом глядя на парня."
"– Это не сложно. С такими обвинениями против меня выступал только один человек.
Молодой вольноопределяющийся Митя. Сын и внук офицеров, воспитанный своей маменькой. В общем, штафирка. Позор семьи, – презрительно скривился Елисей.
– Интересно, – вдруг произнес офицер, складывая руки на груди. – Если глаза прикрыть и послушать тебя, так со мной говорит не казачок станичный, а образованный молодой человек. Не грамотный, а именно образованный. А на тебя глянешь, недоросль и недоросль. Как быть такое может?
– Самому бы знать, – в который уже раз вздохнул Елисей.
– Ну, про то, что ты от болезни память потерял, я уже знаю. А если по правде говорить?
– А какой мне прок врать? – пожал Елисей плечами. – После мора я мог любую легенду себе выдумать. Все равно никто в станицу проверять не полезет. Говорю, как есть.
– Вот опять, – тут же зацепился за его оговорку майор. – Легенду. Не ложь, не историю, а именно легенду. Да и познания твои в точной механике весьма впечатляют.
