— Не переживай, — он кладёт руку мне на плечо. — Я способен понять, когда «нет» значит «нет».
— Спасибо, — тянусь к нему, он обнимает меня и почти сразу отпускает.
Странно, я даже почти не ощущаю неловкости, но вот облегчение — точно. И чтобы закрыть все вопросы, говорю:
— Давай я просмотрю бумаги из машины, может быть, там и правда есть что-то твоё.
— Не хочешь случайно обнаружить потом? — усмехается мужчина.
— Знаешь, что-то я уже засомневалась насчёт того, что какой-то девушке с тобой повезёт, — улыбаюсь в ответ.
— Это же просто невозможно, ты все мотивы считываешь на раз!
— Ладно уж, — он закатывает глаза. — Пойдём, забегу к тебе на минуту, вдвоём быстрее посмотрим."
"Киваю в ответ, мы заходим в подъезд, поднимаемся в квартиру. Полкан действительно обнаруживает в стопке документов какую-то свою квитанцию — а я бы, наверное, просто не заметила и выбросила. Спустя несколько минут я закрываю за мужчиной и устало опускаюсь на пуфик в прихожей. Подходит Дарси, трётся о мою ногу, запрыгивает на колени, подёргивая хвостом.
Достаю телефон, от Никиты по-прежнему ничего. Очень хочется услышать его голос, но решаю не дёргать его звонками — сегодня вечером уже вроде бы планировался банкет? Или это в последний день? Программа у них там насыщенная. Вздыхаю и, подхватив на руки кота, встаю. Завтра на работу, нет смысла сидеть и ждать.
В больницу с утра приезжаю вовремя и торопливо поднимаюсь на этаж. Сегодня уже четвёртый день без Никиты, и дел по горло. Но зайдя в коридор, вижу, что дверь в кабинет заведующего приоткрыта! Не давая себе времени подумать, иду туда и сталкиваюсь взглядом с тёмными глазами.
Вот только готовая появиться улыбка тут же замирает на губах.
Глава 16
Добрынин выглядит… Я никогда его таким не видела, даже когда он напился. Волосы в беспорядке, ввалившиеся глаза, белки в красных прожилках. Такое ощущение, что мужчина не спал как минимум последние сутки. А взгляд… с таким взглядом идут убивать.
— Никита Сергеевич, вы уже вернулись? — несмело прохожу внутрь.
— Как видите, — голос полон язвительности.
— Не ожидали?
— Честно говоря, нет, — закрываю за собой дверь и понижаю голос, — ты же говорил, что конференция будет идти четыре дня. Что стряслось?
— Это ты мне скажи, — он рассматривает меня так, что становится не по себе.
— Я не понимаю, — развожу руками.
— Не понимаешь, — тянет издевательским тоном, прислоняется к краю стола.
Чувствую, как по позвоночнику ползёт холодок, обхватываю руками плечи, пытаясь унять озноб.
