— Аннушка Николаевна, ты пойми, — вещал зав в кабинете, когда я сидела перед ним, ошарашенная его словами, — ведь некого же назначать! Ну безалаберность полнейшая! Документы в срок не заполняют, на протоколы операций без слёз не взглянешь, если, конечно, не тобой написаны-переписаны, — мужчина улыбнулся мне, и я постаралась улыбнуться в ответ."
"— Иван Павлович, — начала тихо, — рано ведь мне. Вон, смотрите, у нас Ираида Сергеевна ординатор уже сколько лет, а…
— Ираида Сергеевна, солнце моё, хоть я и не должен так говорить, только чаи гоняет, — Иван Павлович покрутил круглой лысой головой.
— Можно подумать, мы с тобой оба не в курсе, что её палаты неофициально перепроверяете Георгий Львович и ты!
— Ну так Георгия Львовича сделайте, — мне и правда было неловко. А уж как в коллективе эту «прекрасную» новость воспримут, и подумать страшно.
— Не могу, милая моя, — Иван Павлович развёл руками, — у Георгия Львовича анамнез, так сказать, своеобразный.
В общем, ты, Аннушка Николаевна, со мной не спорь, а работай, поняла? Опыт для тебя будет хороший, да и начальство новое когда придёт — всё ж таки ты уже будешь старший ординатор. А то кто его знает, начальство это. Всё, иди!
Этот разговор между нами произошёл почти месяц назад. Мне, конечно, и раньше поручали ответственные задачи, но теперь, когда Иван Павлович ушёл на много лет как заслуженную пенсию, я нервничала. Вроде работу отделения знаю, как свои пять пальцев, но… кто его знает, начальство это, вот уж действительно!
Вера давно закончила заполнять свои журналы и упорхнула сплетничать с другими медсёстрами, а я сижу за столом, всё сильнее начиная клевать носом над историями болезней.
Без сна уже больше двадцати… семи?.. восьми часов? Ничего не соображаю… Надо бы встать и пойти домой, но сил нет совсем.
Дверь вдруг открывается и заходит незнакомый мне мужчина. Всё, как описывала Верочка — спортивный, мускулистый, высокий… Я смотрю на него, раскрыв рот, а он медленно подходит и глубоким голосом произносит:
— Анна Николаевна, насколько я понимаю? — бархатно улыбается, склоняется ниже, обдавая меня терпким запахом какого-то мужского парфюма.
— Мне повезло, что мы будем работать вместе, Аннушка… — и тянется к моим губам.
Я подскакиваю на стуле от громкого хлопка двери и, толком не успев отойти от будоражащего сна и открыть глаза, поднимаюсь.
