Вот ещё, мне и по телефону поговорить нельзя? Мужчина стоит передо мной, задумчиво рассматривая мою больничную униформу. Ну что ему опять не так? Я вдруг чувствую, что невозможно, невыносимо устала от всего этого. Ведём себя, как дети, поссорившиеся в песочнице! «В основном, конечно, он», — не могу не отметить мысленно. А ведь часто от нас обоих зависят жизни и здоровье тех людей, которые здесь лежат.
— Никита Сергеевич, — говорю вдруг нормальным голосом, как сказала бы любому другому человеку, — я очень устала и домой хочу.
Вы мне что-то сказать, наверное, собирались?
— У вас есть домашние животные? — звучит внезапный и совершенно нелогичный вопрос.
— Да, кот, — отвечаю растерянно.
— Ну конечно, кот. Как я не догадался, — бормочет тихо зав. — Анна Николаевна, вполне вероятно, вас вызовут в субботу на работу.
— Откуда вы… — делаю глубокий вдох и закрываю глаза, потом открываю. — У вас плановая назначена? Мне нужно присутствовать?
— Н-не совсем, — он отступает на шаг.
— Тогда что? — я делаю шаг вперёд. — Что-то с расписанием?
— Да, с расписанием, — он кивает, как будто радуясь подвернувшемуся поводу.
— Я проверила его сегодня, персонала на всю неделю в отделении хватает, — ещё один шаг, он от меня, я к нему. — Что-то с документами? Внутренняя проверка?
— Да! — Добрынин оглядывается по сторонам, явно ища, за что зацепиться взглядом.
— Все журналы заполнены, истории подшиты! Если к нам завтра внезапно не пришлют батальон солдат с множественными ранениями конечностей, то моя помощь не понадобится!
Я сама сейчас кого-нибудь раню… в какую-нибудь крайне неподходящую конечность! Он же наверняка хочет опять меня загрузить работой по самую макушку, чтоб потом придираться к каждой запятой!
— Протокол надо будет.
Болезни заполнить, то есть… операции, — путано выдаёт этот… главный хирург, делая последний шаг назад к двери своего кабинета.
— Угу. Заполнить. Операции, — повторяю задумчиво и останавливаюсь, глядя на мужчину, который под моим взглядом суёт руки в карманы, потом вытаскивает и складывает на груди.
— Никита Сергеевич, — говорю вкрадчиво, — я вам зачем-то нужна?
— Нет! — выпаливает, но тут же исправляется: — То есть, да!
— Именно в субботу?
— Ну… — неуверенно выдаёт начальство.
— Это настолько срочно?
— Очень срочно и важно! — убедительно кивает.
— Раз так срочно, я выполню все ваши поручения в пятницу! — произношу уверенно и ставлю точку в разговоре.
