Встретимся и я помогу, насколько смогу.
Улыбнувшись Ване в знак благодарности, скрываюсь за дверью кафедры. В целом экономика, финансы и бухгалтерия это не моё. Я пошла учится по этому направлению лишь потому, что Женя сказал, что это престижно. Не вижу себя в офисе… Плотно проработав в сфере ресторанного бизнеса, я бы мечтала открыть свою собственную кофейню или кондитерскую. Тех денег, что дал мне Давид вполне хватило бы на исполнение моей мечты, да только не могу я так… Внутри меня всё ещё стоит невидимый блок на эти деньги, которые не мои вовсе.
Когда выхожу из кафедры, Ванька всё ещё ждет меня, опираясь о стену. Мне кажется, что я ему нравлюсь. Не знаю, так ли это на самом деле, потому что он никогда не говорил о своей симпатии прямо, но это чувствуется что ли… Его смущение в разговоре, предложение помощи и комплименты в мою сторону. Сегодня он сказал, что я очень красивая, когда улыбаюсь. До этого он не видел моей улыбки, потому что веселиться мне не хотелось…
Я часто задаюсь вопросом, смогу ли я когда-нибудь начать новые отношения? Получится ли у меня впустить в своё сердце чужого мужчину? Переступить черту и лечь в постель с другим? На эти вопросы ответ пока один - нет, нет и ещё раз нет.
Возможно, это пройдет со временем, когда я окончательно излечусь...
- Ты не бывала в новой кофейне на Чайковского? – спрашивает Ваня, когда мы оказываемся на улице.
Сегодня все ещё льет дождь, только уже не такой сильный как вчера. И зонт сегодня со мной, и обувь непромокаемая.
На всякий случай положила себе в сумку ещё и плащ.
- Я редко где бываю, Вань. Обычно дом-работа-университет.
- Говорят, там варят изумительный латте. Прогуляемся?
Я открываю зонт и спускаюсь по ступеням. Вообще-то у меня сегодня вечерняя смена в ресторане, но до неё ещё целых три часа. Мы вполне успеем посидеть в новой кофейне.
Я открываю рот, чтобы ответить сокурснику согласием, как вдруг вижу на парковке знакомый автомобиль. Тело немеет, а мир вокруг замирает, потому что Давида я тоже вижу.
Он курит, сунув свободную руку в карман, и смотрит в нашу с Ваней сторону. Долго и пристально смотрит, заставляя меня съежиться словно от сильного порыва ветра. Ноги отчего-то начинают заплетаться, язык прилипает к нёбу, а сердце ускоряет ритм и громко-громко барабанит в грудной клетке. Этого я ждала и боялась больше всего на свете.
- Так что насчёт кофейни, Кать? – задает вопрос Ваня, когда я слишком долго молчу.
