Их семейные связи, контакты, финансовые документы, пытаясь методом исключения выяснить всех участников мятежной группы.
Они не исключали также, что среди беспечатников могут быть и тройки миранцев. Например те, кто по каким-то причинам или не нашел замыкающую, не попал на процедуру подбора замыкающей или был ее лишен и теперь обозлился на власти Мирана. Как оказалось, если в тройке без замыкающей кто-то, например, совершает преступление, не важно какое, тройка лишается возможности найти замыкающую на довольно продолжительный срок.
Почему так? Потому что в законодательстве Мирана тройка считается семьей, ячейкой, одним целым, где каждый ответственен за действия своего побратима. Как если бы это был один мужчина. Странно? Возможно. Но это так.
События на базе “Зета”, которые случились со мной, что-то во мне изменили. У меня словно открылось второе дыхание. Произошедшее не только не сломало меня, оно, наоборот, предало мне сил и уверенности. Стало своеобразным боевым крещением.
Помню хорошо, какими ошарашенными глазами на меня смотрели безопасники и военные, когда я спокойно и подробно рассказывала о том, как мы выбирались, как мы с Рином планировали побег, как я пилотировала катер. Даже Дрейк проникся и сам напомнил мне о необходимости моего обучения в военной академии и даже без напоминаний прислал всю необходимую информацию по предметам, экзаменам и так далее. Видимо, все произошедшее впечатлило его настолько, что мыслей отговорить меня от продолжения военной карьеры у него больше не возникало.
Помимо этого, изменилось мое отношение к моим женихам. Я не только окончательно примирилась со своим переездом на Миран. Я приняла своих мужчин. Поняла, как сильно они мне нужны и дороги, видела свое будущее рядом с ними и осознала, насколько много всего я к ним чувствую. Скучала, ощущала необходимости контакта, без сомнений обнимала и целовала и Стефана, и Дрейка, перестала анализировать себя и свое поведение, не боялась говорить им ни о своих желаниях, ни о своих чувствах, короче говоря, отпустила себя и просто начала жить и строить планы, не ориентируясь на прошлое.
Эту неделю мы спали вместе, хоть полноценной близости между нами не было. Стефан беспокоился о моем самочувствии, как физическом, так и моральном. Рину нужно было восстановиться самому. Сначала я волновалась о том, как произошедшее в катере в пещере может повлиять на наш с ним дальнейший физический контакт.
