- я заглянула в его глаза - поцелуешь меня, прямо сейчас? Авансом?
А потом рывком села ему на бедра и почувствовала в этом маленькую, но очень весомую для себя победу.
***
Я потянулась губами к Рину и встретилась с ним на полпути, потому что он сделал то же самое. Томительный, сладкий поцелуй. Мне нравилось, как миранец целуется. В движениях его губ и языка всегда есть баланс между нежностью и голодной страстью. Гармония. Теперь-то я понимаю корни любых его действий. Рин во всем гармоничен, потому что такова его пси-энергия.
Он гармоничен сам по себе и уравновешивает окружающих. Сглаживает углы, гасит конфликты, успокаивает и действиями, и словами.
Мужчина целовал меня ровно так, как мне требовалось. Я расслаблялась, наслаждалась, мягко пробовала губы миранца, ерзая на его бедрах, зарываясь в его волосы, хватаясь за его плечи. Руки Рина нырнули под футболку легли на мои ягодицы, сжимая тонкую ткань белья. После душа я удосужилась натянуть только два предмета гардероба и сейчас даже радовалась этому факту.
Тело принимало ласки мужчины, наполняясь возбуждающим напряжением. Ткань его домашних брюк не скрывала твердой плоти. Интересно, блокираторы они включают только ночью? Да и включают ли вообще? Сегодня утром, целуясь с Дрейком в этой кровати, я не помнила, чтобы чувствовала его... Стоп, Элина, зачем ты сейчас об этом думаешь?"
"Лоно наполнилось жаром и пульсацией. Я невольно (да, вру, специально) прижалась к Рину ровно там, где чувствовала его член.
Потерлась, прикусывая его губы, и почувствовала, как руки мужчины сжали меня еще сильнее. Разум помутился, возбуждение накрыло меня окончательно. А еще я очень четко ощущала вибрацию вокруг нас, словно воздух сгустился и немного нагрелся. И желание близости стало почти нестерпимым. И мысли о плоти Рина внутри меня такими пугающе навязчивыми, что в какой-то момент на остальное стало плевать.
Я сама усилила напор, задирая футболку миранца и прикасаясь кончиками пальцев к его груди.
И радостно вздохнула, ощущая, как сильно ладони зудели, требуя этого контакта.
Рин понимал меня без слов. Кажется, чувствовал мои порывы и даже читал мысли. Он поднял мою футболку и стянул ее с тела, оголяя грудь. Его глаза, темно-синие, почти сапфировые, голодно прошлись по напряженным соскам, а рот накрыл один из них и покатал во рту. Я тихо застонала и откинула голову назад, закрывая глаза. Руки прижали голову миранца еще теснее к груди.
