Но все эти признаки мужского недовольства лишь подбрасывали дрова в топку хорошего настроение леди Мелмот. Она твердо решила нарядить Джулиану как конфетку и тем выбесить Десмонда окончательно.
Смазливый завсегдатай светских салонов раздражал Софи своими патриархальными взглядами на место женщины в обществе.
Сама “рыжая Мелмот” примкнула к новомодному движению либертинок. Этим дамам покровительствовала восемнадцатилетняя королева Шарлотта, разъезжающая везде в мужском седле. Это именно она ввела амазонку с разрезом спереди, восточные шаровары и курение сушеной гвоздики.
А еще пыталась продвинуть закон, по которому девочка становилась наследницей, если рождалась первой. Но в палате Лордов этот закон не приняли, а юной королеве тонко намекнули, что она и на троне-то сидит лишь потому, что посадить больше некого!
Ее величество слегка поумерила пыл, но либертинки уже почувствовали вкус свободы. А вместе с ними и Софи Мелмот. Только угрозы матери урезать ее содержание и отобрать подаренного отцом пегаса удерживали бунтарку в рамках приличий.
С Джулианой Гейбл они познакомились очень давно – София была ученицей “Школы леди Бронсон” и сумела подружиться с племянницей директрисы несмотря на разницу в возрасте. Да так, что обеих девушек постоянно ловили на мелких шалостях и нарушениях правил.
Влетало, конечно, обеим, и это именно мисс Мелмот была заводилой. Только она – рыжий ангелочек – всегда успевала сделать невинное лицо.
А вот стеснительная и медленная Джулиана огребала по полной. С нее, как со старшей да еще племянницы директрисы, и спрос был куда больше.
Юлия Петровна знала таких хулиганок из собственной практики. Но память Джулианы твердила, что Софи безобидна. Да, леди Мелмот назойлива, вызывающе одевается и не всегда тактична, но все эти мелочи можно простить. Ведь в душе она сущий ангел!
Вот и сейчас она привезла подругу к самой дорогой модистке квартала, потому что хотела видеть Джулиану счастливой.
Но самой Юле было неловко от того, что она использует Софию вслепую.
***
Внутри салона девушек встретила сухонькая деловитая женщина в строгом черном платье. За ухом у нее торчала пара карандашей, на руке красовалась подушечка с булавками, но в остальном она выглядела чопорно и дорого.
– Миледи, рады вас приветствовать в доме мадам Лефевр! – она сделала легкий книксен.