Влад становится увереннее и настойчивее, он не убирает ладонь и перебирает мои пальцы. То нажимает, то мягко проводит.
— Я должен кое-что сказать, Лена, — добавляет он серьезно. — Я не хочу быть грубым с тобой, не хочу быть жестким… Но я бываю разным. Я умею контролировать себя, но сейчас завязалась настоящая война.
— К чему ты ведешь, Влад?
— Никогда не предавай меня. Я впускаю тебя слишком глубоко, — его ладонь наливается силой и он жестко переплетает наши пальцы. — Я не смогу простить, если ты сделаешь что-то против меня.
Звучит как угроза.
Или все же предостережение?
— Это лишнее, Влад. Я помню, как ты смотрел на меня, когда мне подмешали синтетику в напиток. Ты хотел уничтожить меня одним взглядом, ты не мог ничего поделать с собой. В твоем взгляде было отвращение и ненависть.
Салон автомобиля заполняет молчание.
— Я не собираюсь предавать тебя. Но ты тоже пообещай мне одну вещь. Если случится дрянь как в том ресторане, ты дашь мне сказать. Меня могут снова подставить, могут придумать более умный и изощренный план, чтобы ты посчитал меня предательницей или пустышкой.
Мне нужно знать, что ты в любом случае дашь мне объясниться.
Влад на мгновение отрывает взгляд от дороги и смотрит мне в глаза.
— Твои глаза не умеют врать, — произносит Бестужев. — Мне достаточно одной секунды, чтобы прочитать тебя, малышка.
Глава 22
Особняк выглядит иначе, чем на снимке."
"Когда мы приезжаем на место, я придирчиво осматриваю каждый сантиметр. Красивые ворота из сероватого металла распахиваются автоматически, потом следует пост охраны, рядом с которым притормаживает внедорожник сопровождения.
Мы же едем дальше, огибая уютный парк с выключенным фонтаном. Наверное, летом вода струится по кольцам из мрамора и разлетается в разные стороны.
— Дом законсервирован, — подсказывает Влад. — Его держат в порядке, но обычно я заранее предупреждаю, что хочу приехать.
— Он теперь принадлежит тебе?
— Да. Я выкупил его через подставную фирму у Адама.
— Иначе бы он не продал?
— Я не стал испытывать судьбу, — Влад кривит губы в усмешке.
— Я всегда хотел забрать этот дом у него, так что использовал первую возможность.
— Какие ступени, — я пораженно выдыхаю, замечая специально состаренные широкие ступени.
Они благородного желтоватого оттенка и ведут к двойным входным дверям. Особняк подсказывает, что мама Влада любила роскошь, здесь чувствуется широкий размах и королевский ценник. Дом напоминает гнездышко старинного рода с благородной фамилией.
