— В нормальной мы бы не познакомились, — бросает Бестужев.
Я не решаюсь пытать Влада. Мне безумно хочется расспросить его о семье, о том, что творилось в его прошлом, но момент только с первого взгляда кажется подходящим. Мы оба вымотаны, толком не спали и пережили не лучшие минуты.
Тем более Влад снова отлучается по срочным делам, приходит охранник и просит его на минутку. Я же ополаскиваю лицо и руки теплой водой, а потом недолго сижу в столовой, чувствуя, как за адреналиновым всплеском приходит усталость.
Спать.
Говорю сама себе и поднимаюсь со стула. Я иду к лестнице и снова слышу голос Влада в холле. Он что-то строго говорит охраннику, не стесняясь в выражениях, после чего слышатся его шаги.
— Я решила лечь, — произношу, замечая, что он тоже направляется в сторону лестницы. — А то уже скоро утро.
Влад останавливается рядом, он бросает крепкую ладонь на перила и как будто ждет, что я продолжу. А я испытываю неловкость. Это даже смешно, но наши отношения спутались в огромный клубок, в котором я уже ничего не понимаю.
Влад жарко целовал меня, придавив всем телом, я знаю, какой запах у его кожи, как до жестокого опасны его умелые губы и как меняется его дыхание, когда я становлюсь совсем близко. Я и сама крепко обнимала его только что, пряталась за его широченной спиной и в то мгновение была готова провести за ней вечность.
Но при всем этом, мне неловко от мысли, что нам идти в одну спальню. Может быть, спать в одной кровати.
— Тебе тоже нужно поспать, — говорю ему, потому что вижу, как он устал.
— И переодеться. Ты в той же одежде, в которой поехал в клуб.
— Да, ты говорила, что от меня пахнет сигаретами.
Он разрешает неловкую ситуацию за меня, он кладет ладонь на мою спину и уверенно подталкивает наверх. Я не противлюсь, это не та жесткость, которой он испугал меня в прошлый раз, когда как куклу затащил на второй этаж и показал мое место. Нет, сейчас это другое.
Другая грань мужского превосходства.
Та грань силы, которая действует как афродизиак.
На втором этаже Влад толкает дверь хозяйской спальни и пропускает меня вперед.
— Я оценила вазу с цветами, — я указываю на напольную вазу, оборачиваясь к Бестужеву через плечо. — Ломать стенку, я так поняла, ты передумал?
Я подшучиваю, чтобы отвлечься. Я не прячусь от своих эмоций и считываю, как быстро происходит перемена. Наедине с Бестужевым весь воздух как будто наполняется импульсами. Пока неясными и слегка покалывающими кожу, но меня пугает стремительность.
