От злых рваных отрезков к протяжным выдохам, а через секунду наступает штиль. Он как будто вообще перестает дышать. Замыкается и закрывается. Я нажимаю пальцами, чтобы почувствовать его тепло, но вместо него приходит холод. Бестужев чувствует мое касание и переводит потерянный взгляд на мое лицо. Мне кажется, он не видит меня. Не видит ничего вокруг, пелена из шока стирает все предметы.
— Влад…
Он шагает спиной, отдаляясь. Моя ладонь падает, соскальзывая с его пиджака, но я не решаюсь потянуться к нему. Его волевое лицо не выражает ни одной эмоции, он уходит так глубоко в себя, что я не могу прочитать его.
Я лишь ежусь от противного шороха, когда Влад сжимает сильные пальцы и буквально перемалывает снимок в кулаке.
Глава 31
Влад выходит из комнаты. Не проходит и секунды, как я слышу его холодный голос. Он отдает приказы охране. Во-первых, он распоряжается найти Павла, во-вторых, обыскать всю квартиру, а в третьих, он хочет видеть кого-то из своих людей. Бестужев называет незнакомую фамилию, но по контексту я понимаю, что это кто-то вроде кризис-менеджера.
Я тоже покидаю гостиную.
— Ты поедешь со мной, — строго бросает мне Бестужев.
Он не в силах перестроиться и разговаривает со мной тем же резковатым тоном, что с охраной. И он не ждет ответа. Влад поворачивает к двери и уверенными шагами направляется прочь.
— Что-то взять из вещей? — спрашивает охранник.
— Я переодевалась в спальне, нужно забрать мою одежду. И со мной был телефон, Павел забрал его.
— Я узнаю, — охранник кивает.
На мне синий спортивный костюм, который я нашла в спальне. Я промучилась полночи в пиджаке и блузке, а потом сдалась ради комфорта. Сейчас так даже лучше. Почему-то в мягкой одежде чувствуешь себя спокойнее и увереннее. Я иду за Владом, хотя это чертовски сложно. Меня тянет к нему, потому что хочется помочь, но в то же время я улавливаю ледяные волны, которые исходят от него. Меня царапает чувство, которое я испытывала в первый день рядом с ним. Когда опасалась и не знала, чего ждать от него.
— Яскевич что-то говорил на эту тему? — Влад отзывается, как только я сажусь в машину.
Я зачем-то тянусь за ремнем безопасности, желая хоть чем-то занять руки. Влад испытывает меня тяжелым взглядом, а я боюсь сказать что-то не то. Ему нужно время, чтобы выдохнуть хотя бы на пол глотка, сейчас самый опасный и нервный момент. Любая мелочь может плеснуть керосин в его внутреннее пламя.
Я отпускаю ремень и поворачиваюсь к Владу.
