– И все-таки насчет денег… – снова начала Елена.
– Да, насчет денег. Я поговорил кое с кем, кто имел отношение к расследованию смерти Юры. Там не все так, как тебе, наверное, следователь рассказал.
– Да он мне и не рассказывал ничего, – пожала плечами Елена. – Допросил один раз, спрашивал, были ли у отца враги, были ли в квартире ценности. Я сказала, что ничего не знаю, мы крайне редко виделись и почти не общались. Вот и все. Потом только сообщили, что он убил свою соседку и с горя повесился.
– Понятно. Они всем так говорили. На самом деле Юрку убили и ограбили, вся квартира была вверх дном, когда полиция обнаружила труп, сразу видно – что-то искали. И на теле следы жестоких побоев, то есть Юрку пытали, чтобы он сказал, где деньги.
– Почему же тогда всем сказали, что он покончил с собой? – в ужасе спросила она. – Зачем все это?"
"– Потому что нужно было на кого-нибудь повесить убийство этой девочки, соседки. Сразу поняли, что преступника найти не смогут, а тут так удачно подвернулась фигура твоего отца, и они решили: пусть будет убийство и самоубийство.
Дело подмарафетили, сведения о состоянии квартиры в момент обнаружения трупа убрали. Все, что нужно, переписали. С судмедэкспертизой договорились, нашли способы надавить. Поверь мне, я знаю, о чем говорю, сам в операх бегал по молодости. Еще и не такое бывает. У них в принципе был готовый подозреваемый, любовник этой убитой девочки, сынок одного крупного чинуши, там все сходилось – и мотив, и возможность.
Но папаша постарался, всем рты позатыкал. И следствие осталось с двумя трупами, которые нужно было как-то оприходовать. Вот они и придумали такую комбинацию. И все сошло.
Елену трясло.
– Значит, отец никого не убивал? То есть эту соседку не он убил?
Виталий Андреевич покачал головой.
– Я уверен, что не он. Не такой Юрка человек. Но даже если допустить, что он это сделал, то его смерть – совершенно точно не самоубийство. Его избивали, пытали, ограбили и повесили.
Деньги унесли. Думаю, этот сынок чиновника действовал не один. Юрка, конечно, не спортсмен, за формой не следил, распустился, но для того, что с ним учинили, нужны как минимум два человека. Ладно, что сделано – того не поправить.
– Но…
Елена замялась. Деньги нужны, очень нужны. Конечно, она возьмет их, она даже не думает отказываться. Однако это ведь не отцовские деньги. Значит, она будет обязана этому человеку.
