— Я пытаюсь, между прочим, снизить количество участников моего одиночного бегства! — возмутился я.
— Но нах… зачем? — возмутилась Ната. — Ты чё думаешь, вы все свалите — а нам тут шоколадно станет, что ли?
— Ни… Не станет нам шоколадно! — поддержала её Вика.
— Девочки, я прямо впечатлена! — удивилась Кострома. — Столько слов, и все цензурные!
— Да х… Чё ты влезаешь?! — чуть ли не хором ответил ей.
— Вообще-то мы согласны! — проговорила Ника. — Вы бы хоть сообщили всем! Мы же это… Группа!
— Ну группа-то никуда не уходит! — заметил я.
— Группа нормальная! Наша! — возмутилась Маша. — Ты чего, всех этих пришлых долдонов реально группой считаешь?
— Да на… Шла бы такая группа! — поддержала культуристок Ната.
— Что у вас за приступы ксенофобии-то? — не выдержал я. — Есть там среди пришлых нормальные люди.
— Ну так и пускай с нами идут! — пожала плечами Вика. — Чё тут сидеть? Ещё зверюги какие-то скоро причапают…
— Ну и вообще, вот этот хмурый тип с мутной кликухой… — проговорила Ника, но была прервана.
— Погонялом! — наставительно заметил Мелкий.
— Это позывной… — пробормотал Пилигрим.
— Ну ладно с позывным этим… Забыла! — не обиделась Ника.
— Пилигрим! — напомнил обладатель «мутного» позывного.
— Кароч, вот таких же токсичных, как он, целая толпа нагрянет! — Ника осуждающе ткнула в Пилигрима пальцем. — Он сам так сказал!
— Я вообще-то тоже ухожу… — пробурчал Пилигрим.
— Тебя одного мы как-нибудь переживём! — заметила Ника, ничуть не смутившись. — А толпа таких нам мозги сожрёт и высрет!.
.
Пилигрим тяжело вздохнул. Похоже, его мнение о людях вообще — и конкретных женских особях, в частности — только что упало ещё ниже. Ничего, с нашими поживёшь — и в два счёта разучишься быть мизантропом… Зато «ващечоткать» начнёшь.
— Сдаётся мне, что скоро сюда придёт Сочинец, — вдруг усмехнулась Кострома.
— А если нет? — спросил Мелкий.
— А если нет, то хреновый он лидер!.. — девушка пожала плечами.
— Ну и чего вы тут устроили-то? — хмуро спросил Сочинец, присаживаясь к костру.
Ночь опустилась на горы, затопив тьмой всё вокруг. Только свет костров и отблески из окон капсул немного разгоняли мрак. У нашей стоянки сидели лишь я, Кострома и Пилигрим. Наш гость просто собирался тут ночевать: по-прежнему не хотел стеснять меня в капсуле. А мы с Костромой всё ждали разговора с лидером…
И дождались.
— Куда все собрались-то? — спросил он. — И главное, зачем?!"
"— Мои причины ты знаешь… — пожал я плечами. — А за других я отвечать не могу.
