Собственно, обкладка только началась, но даже сейчас было видно, что всё у нас получится.
С внешней стороны камни укладывали плоской стороной наружу, под небольшим наклоном в сторону посёлка, и скрепляли глиной. С внутренней стороны старались уложить так, чтобы камни заходили друг на друга и на каркас. Получалась неширокая каменная перемычка с ровной внешней стеной — и покатой внутренней.
Оставшееся пространство между стеной и плато нужно было заполнить землёй и щебнем. Чтобы выровнять площадку для защитников редута.
Ну а под конец, чтобы сооружение окончательно стало похоже на редут, там предлагали установить плетёные корзины, заполненные песком.
На всё про всё отводилось дней пять-шесть. Но самое смешное было в том, что мы, похоже, успевали. И хотя многие участники стройки сильно сомневались, что эти монументальные сооружения долго простоят, с ними никто не спорил. Противников этой точки зрения в нашей группе не обнаружилось.
Нам ведь и не надо было строить на века!.. Если дней тридцать-сорок простоят — уже хорошо.
А к этому времени мы рассчитывали решить все срочные вопросы: и с едой, и с крышами над головой. После чего заняться укреплением редутов. Ну и возведением чего-то более основательного.
Конечно, в посёлке хватало людей, кто требовал сразу возвести что-нибудь посерьёзнее. Этой точки зрения, кстати, придерживалось большинство «спускачей». Их резоны были ясны и понятны: никто не любит выполнять дважды одно и то же дело. А «спускачи» — люди, в основной своей массе, ленивые.
Поэтому дважды напрягаться не хотят.
Однако даже они вынужденно признали: если завтра к нам нагрянет дикая неприкаянная группа наподобие той, которой были наши новички несколько дней назад, то мы все жестоко пожалеем об отсутствии каких-никаких стен.
Кстати, у наших временных стен был ещё один недостаток. И почему-то на момент закладки никто не обратил на это внимания.
У них не было ворот. Да…
Однако сходу переделывать мы ничего не стали. Просто организовали у каждого из редутов сетчатые лестницы, по которым добытчики забирались на вершину.
Ну и поставили дежурных, которые помогали поднимать грузы.
Глядя на всё это, я постоянно ожидал, что СИПИН по утрам начнёт сообщать Сочинцу: «Ваши люди несчастны, милорд!». Ну или что-нибудь подобное. По крайней мере, это было бы вполне ожидаемо. Но пока что и люди не впадали в депрессию, и СИПИН вместо упрёков каждый день кидался баллами. Иногда прямо в процессе работы, а иногда — на следующее утро.
