А кроме того, во-первых, мне теперь полагалось есть за двоих, во-вторых, если по утрам меня тошнило, то вечером обязательно пробивало на жор, а в-третьих, надо было придумывать новую стратегию.
Хотя чего там придумывать? Не будет же Стэнфорд от меня два дня прятаться? Вот выползет из своей «конуры» завтра утром и хочет-не хочет, но разговор у нас предстоит серьезный. Деваться ему от меня все равно некуда. Если не поверит, что я — это Шо, то в качестве контраргумента напомню ему о подаренной винтовке, ну и еще пару пикантных подробностей для «отрезвления» подкину.
А насчет ребенка… Тут я доказательства могу предъявить только через девять месяцев, но надеюсь, что Просто Бог не станет считать меня способной на обман или подлость в таком важном вопросе, при всей невероятности произошедшего.
Мне было жаль, что он узнал о моей беременности совершенно случайно и так не вовремя, когда я сама, оглушенная новостью, плохо контролировала собственные слова и поступки.
Сейчас, когда прошло время и я обрела относительную уверенность в себе, я могла говорить со Стэном спокойно.
Правда, несмотря ни на что, мне ужасно не хотелось втягивать его в историю Шо Брайан. Ее секрет я предпочитала бы держать подальше даже от него. Но ведь этот мужчина дотошный до занудства, и раз уж он раскопал часть моей тайны, то точно не успокоится, пока не узнает все до последней мелочи.
Я доедала творог с фруктами, когда в коридоре послышались его шаги.
Шлепая босыми ногами по начищенному дронами-уборщиками до зеркального блеска полу, Просто Бог вошел в помещение камбуза, и у меня натурально отвалилась челюсть.
Кажется, в его вечернем расписании первым пунктом после «помыться» стояло «пожрать», и вот это самое второе Стэнфорд, к моему изумлению, зачем-то решил сделать без одежды. В смысле, из душа он приперся на камбуз в наряде первого библейского мужчины, чуть усовершенствовав свой образ маленьким, как его совесть, полотенчиком.
Белая тряпочка целомудренно висела у него на бедрах, прикрывая только сокровенный срам спереди и сзади.
Кэп открыл холодильник, и мне срочно захотелось засунуть туда голову, чтобы охладить ее до состояния мороженого овоща.
Что за подстава?
Подозрительно оглядываясь по сторонам и стараясь придать своему голосу непринужденность, я язвительно поинтересовалась:
— Может, ты оденешься?
Думаете, этот паразит устыдился? Ха-ха три раза.
— Смущаю? — разворачиваясь и поигрывая мышцами на груди, лукаво посмотрел на меня Стэнфорд.
Сволочь.
