Насколько эти слухи справедливы? Его действительно ожидал арест?
— Со дня на день. Вы знакомы с тайным советником Перфильевым?
— Это со Стёпой? Лично, слава Богу, нет, но говорят о нём исключительно плохое.
— Степан Степаныч действительно легендарный мошенник. Он друг покойного, и был при Макове-министре директором канцелярии МВД. Основные хищения совершались именно там; достоверно установлена пропажа 380 000 рублей. Перфильев воровал и делился с Маковым, а тот его прикрывал. Следователь уже получил ордер на арест Лёвы, как вдруг такое дело.
— Со смертью Макова расследование о хищениях прекратится?
— Оно стало невозможным. Перфильев валит всё на министра, а того уже не спросишь.
— Стало быть, Степан Степаныч много выиграл от смерти Макова?
Плеве вскинул голову:
— Вы полагаете?
— Старая истина: ищи, кому выгодно.
— Хм… Об этом я не подумал. Ещё одна версия, ничуть не хуже прочих. От такого подлеца всего можно ожидать."
"— Когда Макова в восьмидесятом году заменил Лорис-Меликов, Юрьевская уговорила государя создать специально для него министерство почт и телеграфов.
Уходя, Лёва взял друга Стёпу с собой и назначил его директором Почтового департамента. Перфильев в этом качестве имел отношение к перлюстрации?
— Нет, это противу правил. Работа «чёрных кабинетов» — важнейшая государственная тайна; официально их не существует. По всей империи таких кабинетов лишь девять: здесь, в столице, а также в Москве, Варшаве, Киеве, Харькове, Тифлисе, Вильно, Бресте и Одессе. Здешней перлюстрацией заведует петербургский почт-директор тайный советник Шор.
Владимир Фёдорович — очень важная персона! Каждое утро он особым курьером в двойных конвертах пересылает выписки из вскрытой корреспонденции лично министру внутренних дел. И никому более! Я и даже Оржевский не допущены к этим вопросам.
— Откуда же тогда в тайнике у Макова взялись украденные письма? Он уже три года, как не министр внутренних дел, а найденная мною корреспонденция — полуторагодовой давности.
— Нынешний порядок ввёл нынешний государь.
При его августейшем родителе Маков как почтовый министр ведал в том числе и перлюстрацией. На этом, кстати, он и погорел.
— Да, я тоже такое слышал. Рассказывали, что он принёс новому императору целую связку чужих писем, желая тем ему услужить. Его величество, напротив, разгневались и Маков был отставлен, а министерство его ликвидировано. Правда, перлюстрация, как таковая, сохранилась: его величество понимает её необходимость для охранения государства.
