Выдавать его уголовной толпе земляки явно не собирались, просто они так развлекались…. Тогда он попытался извлечь пользу из встречи и спросил их про Рупейто-Дубяго. Однако Зарин сразу же осадил Алексея:
— Ты из нас доносчиков не делай! Что угощаемся за твой счёт — так это просто шутка. Тонкая. Всё останется по-прежнему: ты ловишь, а мы убегаем.
— Человек, которого я ищу, уж больно поган, — пробовал объясниться сыщик. — На нём уже четыре убийства. Надо его пресечь, а то так и будет ходить по крови. Нешто вам это безразлично?
— Каждый в своё время ответит за свои поступки перед Всевышним.
И ты в том числе, и я, и Иван. Но мы дергачи, а не капорники[105]. Выпить я с тобой выпью, а осведомлять — никогда.
В конце концов Лыков набрался. Он с утра ходил по кабакам и пил где водку, где портвейн — и всё без закуски. Теперь, в хорошо натопленном зале «Шари-вари», после сытного обеда с напитками его разморило. Он сидел, блаженно улыбался, смеялся шуткам собутыльников и пытался шутить сам. Шляться по зловонным кухмистерским в поисках убийц ему больше не хотелось.
Вдруг мимо их стола в ретирадное прошёл какой-то человек. Машинально, по многолетней профессиональной привычке Алексей смерил его взглядом. Высокий, грузный, рыжий, с прямой спиной. Лицо жёсткое, на правой щеке родимое пятно размером с полкопейки. Чёрт! Неужели? Он осторожно скосил глаза в угол, из которого появился рыжий. И обнаружил сидящего за накрытым столом угрюмого парня могучего сложения, с длинными волосатыми руками и низким, как у оранг-утанга, лбом.
Надо же было так расслабиться! Рупейто-Дубяго с Мишкой заявились в трактир посреди их беседы, сели за соседний стол, сделали заказ, почти отобедали — а он только сейчас их заметил. Хорош сыщик! Весь хмель мгновенно слетел с Лыкова; он почувствовал себя совершенно трезвым, собранным и готовым к схватке.
— Что случилось? — удивился произошедшей с ним перемене Беседин."
"— Ну, пора, ребята, вам и честь знать. Спасибо за компанию. Идите, а я рассчитаюсь.
Кое с кем…
— Я сигару ещё хочу выкурить, — закапризничал Зарин. — Покуда не выкурю — не уйду.
Алексей наклонился к собутыльникам и сказал им, понизив голос:
— Валите оба от греха подальше! Живо! Здесь тот, кого я ищу; сейчас станет горячо.
Дергачи изменились в лице. Не заставляя себя уговаривать, они дружно встали и взялись за фуражки.
— Да, нам и впрямь уже пора. Засиделись. Спасибо за угощение, господин Лыков, как-нибудь свидимся.
