– Почему нам не досталась мамина жилка, терпимая к папиным похождениям?
Я пожала плечами.
– Мне кажется, ей тоже было больно, но она не смогла ничего сделать с этим, поэтому просто смирилась. Или терпит вопреки своей гордости.
– Или у нее не было к нему чувств, ― ответила Амалия.
– Как и у него ― к ней. Он же со своей любовницей всю жизнь, с самого начала их с мамой отношений. Может быть, он любил ее, но жениться вынужден был на маме.
– Наверное. Но кто ж нам расскажет правду?
– Мне так хочется, чтобы Саныча и Жорика не постигла такая участь.
Чтобы они женились по любви, как ты вышла замуж. Я молюсь об этом каждый день. Потому что это невыносимо больно: знать, что твой любимый тебе не принадлежит."
"– Ама, дай ему шанс хотя бы объясниться. Попросить прощения. Ты же знаешь, что провинившийся человек нуждается в раскаянии. Но покаяться он должен перед тем, перед кем виноват. Иначе все бессмысленно. И если даже ты решишь, что ваши отношения не стоят того, чтобы за них бороться и простить, хотя бы дай человеку эту малость.
– Я подумаю, ― ответила я, уже тогда зная, что этого не будет. Я боялась встречи с ним. Потому что слишком сильно любила.
На следующий день я прощалась с сестрой в аэропорту. Она крепко прижимала меня к себе и просила не натворить глупостей, дать шанс мне и Игнату. Я видела, что Марго знала: никому никакого шанса я давать не собиралась. Но она все равно продолжала меня убеждать в том, что наши отношения заслужили того, чтобы за них бороться. Марго пообещала прилететь ко мне, как только они вернутся из отпуска.
Мы расцеловались, и я села в самолет, наполненная тяжестью мыслей и глядя в беспросветное будущее.
Маргарита
Как только Ама скрылась за пунктом проверки, Маргарита развернулась и, достав телефон, зашагала к выходу из аэропорта. Приложила аппарат к уху, дожидаясь, пока гудки сменятся голосом Игната.
– Марго?
– Привет. Игнат, Ама села в самолет. ― Марго быстро продиктовала ему время прилета и номер рейса. ― Твоя любовница позвонила ей в день твоего отлета.
– Я знаю, ― Игнат тяжело вздохнул.
– Слушай, Ама натворит глупостей, я это точно знаю, как знаю то, что сегодня идет дождь. У нас, во всяком случае.
– Я поговорю с ней.
– Игнат, я уважаю тебя, но, если бы не любовь Амалии, этого звонка бы не было. А она тебя любит. Так сильно, что готова искромсать свою жизнь, только бы больше не испытывать боли, которую ты ей причинил. Сделай все правильно.
– Спасибо, ― отозвался он и отключился.
