Мне было откровенно плевать на мою дальнейшую судьбу. Я точно знала, что ни за что не смогу позволить ему прикасаться ко мне так, как раньше.
Весь оставшийся путь Олег, видимо, сдавшись разговорить меня, сам рассказывал о чем-то. Соревнования, обустройство Маргошей нового дома, развитие Ивана. А я просто смотрела по сторонам на пролетающий мимо пейзаж и слушала его.
– Ну наконец-то! Я уже хотела бежать навстречу! ― вскрикнула Марго, встречая нас на пороге большого дома из белого камня.
– Привет.
Я нырнула в объятия сестры, и обещание, данное самой себе, рассыпалось в прах, как только я почувствовала теплые объятия и родной запах, смешанный с молочным, какой бывает только у младенцев.
Слезы сами побежали по щекам.
– Эй, я тоже соскучилась, но что за слезы? ― тихо спросила Марго, слегка отклоняясь и заглядывая мне в лицо. Я качнула головой.
– Прости, расчувствовалась. Так давно тебя не видела.
– О, моя милая.
Она снова притянула меня в объятия, и мы простояли так несколько минут, под ворчливое «Женщины» проходящего мимо Олега.
"
"Примерно минут через десять я уже нависала над детской кроваткой и, не дыша, смотрела на кукольное личико Ивана Олеговича. Он был такой крошечный, нежный, молочный. Такой… невероятный просто. Я с радостью поймала себя на мысли, что не завидовала и не ревновала. Видимо, я все же не так сильно успела привыкнуть к мысли о будущем материнстве, чтобы меня начали посещать не самые лучшие чувства. Скорее всего, по мне сильнее ударила измена Игната.
После обеда мы с Марго устроились в беседке за домом.
Она покормила Ваню и уложила его рядом в коляску спать, снова приземлившись на подушки. Маргарита впилась в меня своим тяжелым взглядом. Я думала, такой он у Игната и моего отца, но Маргарита могла всех их уделать, если ей нужно было выпытать из меня информацию.
– А теперь я слушаю, что же не так в Лапландском королевстве. ― Я качнула головой. ― Ну нет, Амалия, я была терпеливой несколько часов. Не задавала вопросов, не давила на тебя. Но теперь пришло время поделиться с сестрой.
Как только она произнесла это, из меня вырвался резкий всхлип, и меня как будто прорвало за все те три недели, что я молчала. Теперь я говорила без остановки, а сестра просто внимательно слушала, не перебивая.
– Самое страшное, Маргош, что я до сих пор люблю его, ― подытожила я. ― После всего… после предательства… я все так же люблю своего мужа. Люблю и ненавижу лютой ненавистью. Как так может быть?
– Эти чувства всегда бродят рядом.
