Исключение, похоже – Афанасьев. Уверена, этот тип родился сразу старым, злым и уже чем-то недовольным.
Боковым зрением уловила, как дверь кабинки, в которой был Афанасьев, открылась. Он вышел ко мне в одних трусах и носках с протянутой рукой.
От неожиданности я даже отшатнулась от него, не зная, бежать мне или кричать и бежать.
- Трусы, - потребовал он, как от дрессированной собаки.
- А нормально попросить? – я машинально выпустила шипы и пожалела о том, что со мной нет шокера.
- Быстро, - бросил босс.
Демонстративно вздохнув и закатив глаза, я сунула руку в карман пальто и вынула из него мусорный пакет с тем, что он от меня требовал.
Придержал пакет за край и тот раскрутился, повиснув в моей руке под тяжестью трусов, что в нём лежали.
- Что это? – не понял Афанасьев.
- Трусы ваши. Или вы хотите, чтобы я их голыми руками брала? Надо было тогда Оксану просить, она бы вам их в зубах принесла, - последнее предложение было сказано мной не так дерзко и громко, но, уверена, босс отлично всё услышал и понял.
Глядя на мусорный пакет, как на… мусорный пакет, он всё же выхватил его из моей руки и снова скрылся в кабинке. Вышел через несколько минут уже полностью одетый в чистое. Сунул мне в руки грязную одежду и отошел к зеркалу, перед которым начал прихорашиваться, оправляя ворот рубашки и приглаживая чуть взъерошенные волосы.
- Унеси в химчистку, - дал он новую команду, не глядя на меня.
- Когда?
- Сейчас, - а вот теперь он посмотрел на меня. Правда, как на дуру.
- Ясно.
- И чтобы до вечера я тебя не видел.
- То есть после химчистки я могу быть свободна?
- То есть после химчистки ты возвращаешься в офис и помогаешь Оксане. Делаешь всё, что она скажет, и не появляешься на моих глазах до тех пор, пока я сам тебя не позову.
- А вечером ваши глаза будут готовы к моему появлению? – ехидно спросила я, собирая грязные вещи в комок.
Босс возвел взгляд к потолку, тяжело выдохнул. Через несколько долгих секунд, наконец, снова вдохнул.
- Афанасьева! - вдруг выдал он резко на очередном выдохе и тут же осёкся, поняв, что ляпнул что-то не то.
– Кондратьева, то есть…
- Все вы одинаковые. Чуть что сразу фамилию свою начинаете примерять, - хмыкнула я насмешливо. – Я всего лишь принесла вам чистые трусы. Это не по любви…
- Кондратьева!
- Да поняла я уже, что чувство юмора с собой в ваш офис брать нельзя. Завтра оставлю дома.
Он опустил взгляд на раковину и, включив воду, помыл руки и ударил по крану, прервав шумный поток воды.
