Минуту-другую она смотрела на Литвина бессмысленным взглядом, потом, узнав его, пробормотала:
— Пол! Это ты, Пол? А где Рихард? Что с ним?
Он стиснул её руку:
— Мужайся, Эби… Рихарда больше нет.
Светлые брови девушки выгнулись, лицо исказила страдальческая гримаса."
"— Нет Рихарда… я помню… он умирал, а мы не знали, как ему помочь… И эта чёртова машина… их компьютер… сказала, что парализованы дыхательные центры… — Она повернула голову, осматривая тесный отсек, потом провела ладонью по груди и животу. Её глаза округлились.
— Пол! Где мы, Пол? Почему я без одежды? И это… это… — Рука Макнил лежала на животе. — Это откуда?
— Ты не волнуйся, я всё объясню, — поспешно произнёс Литвин. — Здесь не то помещение, куда нас засадили, я из него выбрался, а ты… тебя унесли ещё раньше. Ты была беременна… то есть, дьявол, ты и сейчас беременна и носишь дитя Коркорана. Они… те, кто нас захватил… словом, они поместили тебя в такое поле, что ускоряет жизненные процессы. Я думаю, хотели понаблюдать за развитием плода… Двух недель не прошло, а ты уже на шестом месяце.
— Он судорожно сглотнул и добавил: — Рихард был бы счастлив. Ты и он… вы…
Макнил, нахмурившись, созерцала свой живот.
— Мы предохранялись. Ты же знаешь порядок и видел контракт ОКС для женщин-десантников. Я его подписала… пять лет не рожать…
— Неважно, значит, предохранялись. Ну, что об этом толковать… Может, оно и к лучшему — будет у тебя сын или дочка, и значит, Рихард не совсем мёртв. Понимаешь?
Она послушно кивнула.
— Понимаю, но не все. Где моя одежда?
— Вот она. Йо тебе поможет.
— Йо?
— Женщина фаата. Наш друг. Она говорит на английском.
Литвин отвернулся к стене. За его спиной зашелестела ткань, Макнил охнула, приподнимаясь, пробормотала что-то сквозь зубы, потом раздался голос Йо: «Застёгивается здесь. Нет, не так… просто соедини края разреза». Наконец сзади затихли, и он повернул голову. Макнил, уже одетая, стояла, опираясь на плечо Йо и придерживая живот двумя руками.
— Она милая.
И от неё приятно пахнет. — Эби глубоко вздохнула и осторожно опустилась на пол. — Я в порядке, командир… в порядке, насколько возможно в данных обстоятельствах… Я десантник и помню об этом, так что можешь мне всё рассказать. — Макнил приложила руку к животу и сморщилась. — Наверное, плохи наши дела?
— Плохи, но не безнадёжны, — заметил Литвин. — Мы, разумеется, в бегах, но есть у нас один союзник… нет, не Йо и вообще не человек, но очень важная персона.
