Обхватываю его руку обеими ладонями, в буквальном смысле стараясь оторвать от себя, и шепчу ему в губы, потому как сама уже почти на грани:
— Иди ко мне.
Он снова многозначительно улыбается. Мстит за моё развязное поведение ночью. Да, могу себе представить, как сладка его маленькая месть.
— Сейчас…
Не прекращая распалять меня с каждой секундой ещё больше, он заставляет сладко тереться о его руку, двигаться навстречу искушающим ласкам его пальцев, от которых невыносимое напряжение внизу живота не даёт покоя.
И вот-вот уже должна настать долгожданная разрядка, но мужчина резко меняет темп и наваливается на меня всем телом.
Наслаждение ускользает от меня, он намеренно оставляет чувство тяжёлой неудовлетворённости, играючи оттягивая момент экстаза, поддерживая его на пике. Издевается... зачем-то...
«И я приеду…»
Он прижимается губами к моей шее, умело удерживая моё наслаждение в своих руках, страстно и уверенно произнося нетвердым сбивчивым тоном:
— Саша, скажи, что проведёшь со мной вечер.
Его слова я слышу сквозь туман. Сознание немного в отключке.
— Давай не сейчас... — голос срывается, говорить ровно не получается. — Ты можешь подождать? Две минуты. Или одну...
— Просто вечер. Обычный ужин. В любом месте, в каком захочешь. Скажи мне «да».
Аристарх несдержанно прикусывает трепещущую жилку на моей шее, снова находя чувствительный бугорок, умело играя с ним смелыми откровенными движениями, посылая яркие лучики напряжения, заставляя подаваться вперёд и ловить ритм, неосознанно сжимать бёдра вокруг его руки, обнимать его за шею и тереться набухшими сосками о крепкое жилистое тело.
Мужчина мимолётно прошёлся языком по моему подбородку, спускаясь всё ниже… к груди, наконец, втянув в рот изнывающий без его губ сосок. Плавно ведет вокруг него, ускоряя темп, ощутимо посасывая, посылая тысячи электрических сигналов туда, где я все ещё чувствую смелые движения его руки.
Себя я сдерживать уже не могу. Неосознанно ещё плотнее прижимаю к груди его голову, зарываясь пальцами в длинные волосы, чувствуя, как он слабо прикусывает набухший холмик, вырывая у меня несдержанный стон.
Я уже с силой пытаюсь насаживаться на его пальцы, но он меня удерживает.
— Скажи, Саша..."
"Его шёпот я уже плохо слышу или просто не соображаю, что именно он говорит. Внезапно он чуть отстраняется, чтобы вклиниться мне между ног, и через доли секунды я чувствую, как он скользит кончиком возбужденной плоти там, где мгновение назад была его рука.