И добавь, что Камерон угрожал его жене и дочери и атаки участились. Пусть его люди ведут наблюдение день и ночь. Поставь часового на башню, пусть известит, если кто-то вздумает приблизиться к дому. И немедленно начинай тренировать людей. Никому не давай спуску. Теперь у них появилась цель, которой раньше не было.
Гэннон кивнул и пошел по коридору.
— Прикажи Саре принести воды и бульона для Рионны, — окликнул он Гэннона.
Гэннон поднял руку в знак того, что понял, прежде чем спуститься вниз.
Кэлен бесшумно вошел в спальню, чтобы посмотреть на Рионну.
Она лежала так же неподвижно, утопая в мехах. Глаза были закрыты.
Желая узнать, спит ли она, он наклонился поближе и прислушался к ровному дыханию. Увидев, что она не шевельнулась, он отстранился и добавил дров в огонь. Когда пламя вновь поднялось высоко, он уселся в кресло и понурил голову. Как «благородно» он поступил, уехав на охоту! Тогда казалось, что еда — самое главное. Он хотел накормить клан, а уж потом позаботиться о его защите. Его первое решение в качестве лэрда было большой ошибкой.
Ошибкой, за которую дорого заплатила его жена.
Глава 17"
"Рионна осторожно нажала на все еще распухший глаз и поморщилась, коснувшись особенно больного места. Кэлен во дворе наблюдал за тренировкой воинов. Он оставил ее, предварительно убедившись, что она хорошо поела, и велел отдыхать.
По правде говоря, последнюю неделю она отдыхала больше, чем нужно. Она страдала. Мучилась. Пыталась справиться со страхами и ощущением полной неудачи. А теперь… теперь она была просто взбешена.
Взбешена людьми, которые осмелились появиться на ее землях. Взбешена трусостью Дункана Камерона. Взбешена тем, что оказалась беспомощной против жестокой атаки.
Теперь она не могла смириться с приказом мужа стать покорным женственным воплощением того, какой он представлял идеальную жену. Она не сможет стать такой. Он должен был хорошенько подумать, прежде чем жениться на ней, если не был готов принять жену, которую считал совершенно неподходящей.
Она надела клетчатые штаны и тунику, которую берегла для особых случаев: мягкую, без единой дырочки, пятнышка, с хорошо подшитым подолом, из красного бархата с золотой вышивкой.
На нее ушли все деньги, которые Рионна экономила три года. Но лучшей вещи у нее не было.
Она стерла грязь с сапог и потерла пальцем носок, где кожа была такая тонкая, что вот-вот порвется. Нужны новые. Но о такой роскоши даже мечтать нельзя, все остальные члены клана обуты в столь же поношенную обувь, если не хуже.
