Отец презрительно скривил губы:
— Ты всегда была тяжким разочарованием для меня, Рионна. Подражаешь мужчине, хотя сама ни мужчина, ни женщина.
— Иди к дьяволу, — прошептала она.
Он повернулся и ушел, оставив ее дрожать на холоде.
Рионна медленно повернула к озеру и подошла к краю воды, темной и зловещей. Ветер взбивал на поверхности волны, накатывавшиеся на берег.
Ушибленная щека пульсировала.
Отец никогда не бил ее. Она всегда его боялась, но совершенно по другой причине. Мало того, по возможности избегала.
А пока она не стала ценной пешкой в игре, отец со своей стороны тоже ее игнорировал.
Она невидяще смотрела на воду, и впервые с того момента, когда начался весь этот хаос, ее охватил вихрь отчаяния, безнадежность придавила к земле.
Что она знает об обязанностях жены?
Рионна оглядела себя, сгорая от стыда. Кэлен Маккабе ухитрился сделать то, что до него не удавалось ни одному человеку. Заставил стыдиться себя, и это бесило ее.
Она потерла руки и сунула под подол туники. Перчаток на ней не было… забыла надеть.
Слишком спешила покинуть дом, стены которого душили ее.
Но даже резкий ветер и ледяной холод не смогли загнать ее в тепло. Назад. К будущему с человеком, таким же холодным, как дующий с озера ветер.
— Рионна, тебе не следует находиться на холоде.
Она вздрогнула от неожиданности. Но не повернулась на резкий оклик мужа.
— Ты заболеешь.
Он подошел и стал смотреть в ту же сторону.
— Пришел извиниться? — осведомилась она, искоса глянув на него.
Кэлен вздрогнул от удивления и взглянул на нее.
— Извиниться? За что?
— Если вынужден спрашивать, значит, искреннего извинения от тебя не дождаться.
— Я не стану извиняться за то, что поцеловал тебя, — фыркнул он.
Рионна покраснела.
— Я вовсе не об этом. Но ты не имел права делать нечто подобное на людях.
— Ты моя жена, и я делаю все, что мне угодно, — лениво обронил он.
— Ты унизил меня, — процедила она. — Дважды за сегодняшнее утро.
— Ты сама себя унизила, Рионна. В тебе нет ни малейшей сдержанности. Никакого самообладания.
Рионна круто развернулась лицом к нему и сжала кулаки. О, как ей хотелось ударить его!
Но кулак только отскочит от его каменного тела, и она, возможно, повредит себе руку!
Она открыла рот, чтобы высказать все, что думает, но выражение его лица остановило ее.
Оно было зловещим.
Глаза бесстрастны, подбородок подергивается.
Ее рука невольно взлетела к щеке. Рионна отступила. Но он шагнул вперед, отвел ее руку и коснулся пальцем больного места.
