В это время зазвонил телефон на его столе. Хомяков не хотел брать трубку, я это видела, но, похоже, ему стало неудобно передо мной, и он ответил:
– Хомяков слушает… Да, рассмотрел… Да там водитель-любитель въехал в урну… Да, передал в суд… Штраф, это однозначно! Любишь сшибать урны – люби платить за это удовольствие. Не для того они в городе стоят, чтобы каждый, кому вздумается, их сшибал… – Он положил трубку и спросил: – А почему вы чай не пьете?
– Уже пью, – ответила я кокетливо. – А ваша фамилия, оказывается, Хомяков?
– Игорь Игоревич, – поспешил добавить он.
– А вас как зовут?
– Лина."
"Я и не думала называть Хомякову свое настоящее имя, но и врать было опасно. Он, как представитель власти, мог проверить мои документы. И если смену имиджа я еще могла оправдать своим женским кокетством и стремлением найти новый образ, то чужое имя объяснить мне было бы весьма затруднительно. Поэтому я назвала свое имя, только неполное, если что – скажу, друзья меня так зовут, по-домашнему, коротко и мило.
– Ли-на, – нараспев произнес Хомяков, не сводя с меня глаз. – У вас очень красивое имя… – И он покосился на мой бюст.
Прогремел гром. Мы оба повернули головы и посмотрели в окно: на улице шел дождь.
– А синоптики обещали солнечную погоду, – печально сказала я.
– Я хочу, чтобы ливень был очень сильным, – Хомяков вперился в меня своими бесцветными глазками, – тогда вы не уйдете отсюда еще долго!
Я игриво посмотрела на него и сказала капризно-лукаво:
– У меня машина под окном, Игорь Игоревич.
– До машины вы не сможете добежать: дождь льет как из ведра.
– Она стоит в двух шагах от крыльца.
– Все равно… не уходите!
– Так я уже чай выпила…
– А я вам еще налью!
– Я не хочу чаю.
– А что вы хотите?
– Кофе.
– Тогда я приглашаю вас в кафе!
– В какое?
– Тут недалеко.
– А на чем мы поедем?
– Можем поехать на моей машине.
– А как я потом доберусь до своей?
– Я вас подвезу.
Снова зазвонил телефон. Хомяков посмотрел на меня.
– Почему вы не берете трубку? – удивилась я.
– Мой рабочий день уже закончился, – отрезал он.
– Тогда идем в кафе?
Игорь Игоревич встал и протянул мне руку, как галантный кавалер.
Народу в кафе было мало: кому придет в голову в такой ливень разгуливать по городу и приглашать свою даму в увеселительное заведение? Мы сели за дальний столик. Хомяков заказал нам по чашечке кофе и по одному пирожному «эклер». Обстановка была приятная, играла музыка. Мой кавалер не сводил с меня глаз.
