– Я через недельку навещу моего подопечного, – сказала я, – так что адресок продиктуйте!
– Куда вы меня? – слабым голосом спросил Зосимов.
По-видимому, он поверил, что его оставляют в живых. Теперь его волновало лишь одно – далеко ли его повезут и что ему придется там делать?
– Ты, Зосимов, поедешь на свежий воздух осваивать глубинку, – обрадовала я его. – В городе ты уже достаточно напакостил. Не волнуйся, хозяин у тебя – мужик добрый.
Сбежать только вот не надейся!
Он поник головой.
Я махнула рукой и прибавила:
– Извини за эту шутку с «завещанием». Уж больно ты меня разозлил, а горя сколько принес людям… За все, Зосимов, платить надо!
…Забегая вперед, скажу, что Вася с Люсей сдержали слово и действительно отправили Зосимова в соседнюю область, в одну деревню, где некий отставной полковник купил ферму и занялся разведением свиней и кроликов. Хозяин фермы специализировался на отучении алкашей от бутылки, используя тяжелый физический труд.
Он гонял их с утра до вечера. Спали все по восемь часов. Никуда не выпускал и не давал им ни капли спиртного. Кормил он их два раза в день, плотно и сытно, утром, перед работой, и вечером, после завершения трудов. Считал, что для нормального существования этого вполне хватает, а трехразовое питание – просто излишество. Выходных и праздников на ферме не бывало никогда, но режим был. За пределы участка хозяин своих работников не отпускал. Охранять их ему помогали четыре огромные собаки.
Наш Зосимов на этой ферме оказался третьим по счету работником. Думаю, скучать ему там будет некогда, а трудотерапия – лучшее средство от нечистой совести! Да и не век ему там работать в самом деле. Это сам Зосимов думает, что мы его туда навсегда «определили», месяц-другой – и заберем его оттуда, так мы с девчонками решили. Хватит с него и такого срока!
Мы возвращались домой глубокой ночью. Девчонки дремали. Город тоже спал.
Только в редких окнах горел свет."
"Ну вот, еще один негодяй получил по заслугам. Осталась последняя фигура из этой порочной троицы – главврач роддома. Но ее надо не просто наказать, главное – вернуть ребенка Юлианы. Но подумаю я об этом уже завтра. Сегодня нами и так проделана большая работа, можно сказать, грандиозная. У меня в сумке – полтора миллиона. Да дома еще почти семьсот тысяч. Это все, что мы изъяли у двух прохиндеев.
