– С огнем на сегодня закончили, – как ни в чем не бывало сказал Василий Глебович. – К технике тушения вернемся в следующий раз. Как я понял, поджигать вы умеете, а вот с устранением последствий у вас некоторые проблемы.
Милана Поветруля покосилась на притихшего Тимофея. Пока Василий Глебович просил выйти вперед ребят, способных создавать воду из воздуха, она приблизилась к Звереву и вполголоса произнесла:
– Что еще ты скрываешь, Зверев?
– О чем ты? – нахмурился Тимофей.
– Зеленое пламя… Думаешь, я ничего об этом не знаю? Мы, заклинатели, читали о нем на занятиях.
«Ведьмин огонь»! Создавать его способны лишь самые сильные чернокнижники, а ты к ним точно не относишься, если только не скрываешь правду о всех своих способностях. Уверена, не только мне пришли в голову такие мысли.
– Я не понимаю, к чему ты клонишь, – ответил парень. – Думай, о чем тебе заблагорассудится.
– Ну-ну, можешь и дальше притворяться простачком, – надменно усмехнулась Милана. – Только рано или поздно тебя выведут на чистую воду.
В этот момент на плечо Тимофея легла чья-то рука. Милана тут же стушевалась и отошла в сторону. Зверев обернулся и увидел перед собой Елену Федоровну.
– Пойдем поговорим, – предложила директриса. – У меня в кабинете.
Тимофей молча кивнул и зашагал к двери, а Елена Федоровна обернулась перед тем, как выйти из кузницы.
– Продолжайте занятия. А я пройдусь с Тимофеем до его группы. Василий Глебович, надеюсь, вы успеете еще позаниматься с пользой для дела.
– О, даже не сомневайтесь, – усмехнулся старик.
Пока они шли к административному корпусу, Елена Федоровна не проронила ни слова, и от этого Тимофею стало совсем неуютно.
Он и сам испугался не на шутку, когда увидел зеленое пламя. Такого с ним еще не бывало. А судя по выражению на лицах заклинателей, они и правда знали, что означает зеленый огонь, хоть никто, кроме Поветрули, не заикнулся об этом.
Директриса тоже знала. А иначе с чего бы она потащила его к себе в кабинет?
Они вошли в административный корпус и, пройдя коридор, стены которого были увешаны портретами прежних директоров и учителей, добрались до кабинета Елены Федоровны.
Войдя, Зверев сел на свободный стул, а директриса опустилась в свое кресло и положила руки на письменный стол.
Она хмуро взглянула на Тимофея, и он невольно выпрямился.
– Итак, «Ведьмин огонь», – спокойно произнесла она. Тимофей поперхнулся. – Тим, меня очень тревожат твои растущие способности. Еще совсем недавно ты ничем не отличался от обычного человека.
